Вверх страницы
Вниз страницы

HEROES FALL

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HEROES FALL » INTRODUCTION » In The Mood


In The Mood

Сообщений 41 страница 80 из 85

41

Никогда прежде Стив не чувствовал подобного желания - от одного только чьего-то взгляда провалиться под землю. Каждый раз, переводя взгляд на Баки, он натыкался на словно испытывавший его взгляд друга.
Пить не хотелось, но Роджерс насильно вливал в себя эль в надежде поскорее захмелеть, но, видимо, под пристальным взглядом Джеймса сердце быстрее перегоняло кровь, не давая алкоголю ни единого шанса подействовать. Стиву было неловко, и он не знал, то ли он краснеет, то ли бледнеет. Да и вообще, что происходило, он не знал.
Он знал только, что ради тепла ладони Баки на своей щеке и ради его голоса он вернулся в сознание, хотя очень хотелось где-то там, где тепло, светло и очень спокойно, остаться насовсем. Он знал, что Баки всегда был для него самым значимым человеком, и даже после больших перемен в жизни Стива он им и остался. Он знал, что сейчас с ревностью во взгляде смотрел на остальных, словно не желая делиться с ними вниманием Джеймса, а тот словно еще больше его подначивал, глядя на него и обращаясь к нему даже тогда, когда отвечал остальным.
Когда Барнс вышел из-за стола, Тим стал рассказывать о том, как добывал эль у британцев, веселя остальных своим рассказом. В этот момент Роджерс поднялся, чтобы поговорить с одним из офицеров, заодно и отдохнуть от шумной компании. Разговор был недолгим, но, обсудив волновавший его вопрос, Стив не поспешил возвращаться к столу.
- Стив! - послышался знакомый голос за плечом Капитана.
Обернувшись и посмотрев вниз, Роджерс увидел Пегги. Она улыбалась, но не менее сдержанно, чем обычно. А это уже лучше, - подумал Стив, вздохнув и посмотрев в блестевшие глаза Картер. Опустив ладонь на плечо Стива, она чуть сжала пальцы, после чего резко отпрянула и, взяв его за руку, повела за собой, а тот без капли сопротивления последовал за ней.
- Капитан будет в штабе, у полковника Филлипса к нему дело, - словно отрапортовав, сказала Картер офицеру и потащила Роджерса через черный ход.
Они и правда пошли в штаб. И даже зашли в кабинет Филлипса, но, не успел Стив сообразить, что что-то тут не так, как Картер притянула его к себе за шею. О боже... - Роджерс взволнованно втянул ноздрями воздух и прикрыл глаза, ощутив прикосновение пухлых губ Пегги к своим. С одной стороны, он не был готов к такому повороту: еще недавно она пристрелить его была готова, а теперь целовала. А с другой... он ничего не чувствовал, хотя прежде ему казалось, что с Пегги все будет не так, как с другими.
На пол отправилась обожженная куртка Стива. Безо всякого стеснения Маргарет стащила с Роджерса звездно-полосатую кофту и прильнула к его груди, обжигая горячим дыханием его шею. Стив стиснул ее тонкую талию в своих руках, прижимая ближе к себе и отвечая на поцелуи. А внутренний голос только вяло, как заезженную пластинку, крутил в голове лишь один вопрос: зачем?

0

42

С Райяном они говорили недолго - успели выкурить по две сигареты и то подряд. Из кабака несколько раз выходили люди, несколько раз заходили люди - стайка радисток, хорошеньких, как весна, и где только юбки свои гладят? Баки, не отрываясь от неторопливой беседы ни о чем, проследил взглядом за тем, как отбывает куда-то полковник Филлипс и как поднимается в заведение Пегги Картер - удивительно! - не в красном платье. Обратно она шла со Стивом. Баки резко умолк, провожая их мрачным взглядом, который не остался незамеченным для нового знакомого, впрочем, комментировать тот не стал.
Настроение у Баки упало в минус. Вот и насоветовал, вот и поднял другу самооценку - вот, молодец, пожалуйста.
- Я обратно в бар, - он поднялся с затененной скамейки неподалеку от выхода из таверны и зашагал вверх по ступеням.
...спросил он про "куда делся Стив" только для очистки совести. Ушел с Пегги, понятное дело. Это будет неприятно слышать, он знал, но все равно спросил, будто бы тупая боль в межреберье может привести в чувство.
- Его полковник Филлипс срочно вызвал, - ответил Джим, - Хорошо, что он не пьянеет, ага?
- Полковник Филлипс уехал, - ответил Баки, чувствуя, как кровь отливает от лица, а сердце ухает в желудок.
Филлипс уехал, значит Пегги солгала, значит...  а Пегги ли это? Может, это шпионка Гидры под видом Пегги проникла в лагерь, выманила Капитана и теперь неизвестно где они? - Куда она его повела?
- Не знаю, Баки, ну в штаб, сказала, - до находящихся в состоянии алкогольной интоксикации друзей его мыслительный процесс был совершенно очевидно... не очевиден.
Баки, расстегнув кобуру, бросился в сторону штаба. О том, что если бы Пегги была лже-, то наверняка указала бы неправильное направление, он старался не думать. О том, что никакой особенной опасности Стиву на самом деле не грозило, и все это - не более, чем повод - тоже.

Двери в пустеющий ночью штаб Баки отрыл без стука -  и тут же закрыл, пробормотав что-то вроде "извините". Короткого взгляда ему хватило, чтобы зрелище отпечаталось на зрачках под веками во всех подробностях - расстегнутая блузка Пегги, ее запрокинутая голова, алые губы со смазанной помадой и на губах Стива тоже эта помада, и даже на плече, на месте ожога, и в коротких золотистых волосах - чужая тонкая ладонь, и ресницы сомкнуты. Лицо горело, будто бы ему было лет двенадцать и старшеклассники впервые взяли его с собой смотреть нарисованных полуголых девушек, но вместо уместного, наверное, возбуждения, Баки ощущал злость. Вину. И снова злость. И еще стыд. И страх, пожалуй, тоже.
Он остановил быстрый шаг только за несколько домов от штаба. Раньше здесь жили местные, но бежали или были убиты. Руководство не одобряло, но все же смотрело сквозь пальцы на то, что у кого-то из солдат находились безделушки из таких брошенных домов.
- Увели твою даму? - британский акцент из тени за спиной.
- Ты зачем за мной шел?! - сорваться на британце было бы проще всего и лучше всего, и это хотелось сделать, чтобы остаться в одиночестве и... и... что?..
- Ты выглядел как человек, который спешит на бой, - пожал плечами О'Райли, - Я подумал, что помощь тебе не помешает. Но, кажется, боя не будет, - он выступил из тени, склоняя голову к плечу и внимательно всматриваясь в лицо Барнса, будто бы умел читать мысли, - Или думаешь, что уже проиграл?
Держать лицо было сложно и наверное, чертов британец прочел его, несмотря на скудное освещение, прочел и понял.
- Сложно. Соперничать. - выдавил из себя Баки, только сейчас разжимая сжатые в кулаки пальцы. Ладони ноют и дышит он коротко, будто бы случится что ужасное, если позволить себе вдохнуть полной грудью. Например, достанет сил на крик.
- С Капитаном?.. - вкрадчиво уточнил О'Райли, подходя еще ближе, - Или с роскошной женщиной?

Он едва не задыхается от возмущения, тут же щурится, будто решает с какой стороны лучше всего сраному бриташке (или он ирландец? Ирландец, да) в морду вписать, сжимает кулаки снова. Хочет ответить - резко, как умеет, отбивая все желание общаться в дальнейшем, но маска ссыпается, злость уходит, оставляя внутри ощущение пустоты и безнадежности, а его - самого - совершенно уставшим и разбитым.
- Какое тебе до всего этого дело, сержант? - устало спрашивает он, и голос едва шелестит.
- Совершенно никакого, - честно сообщает тот и в его глазах и улыбке Баки сейчас видит самого себя - такого, каким казался окружающим. Самоуверенного, насмешливого, беззаботного и неспособного на жалость.
Вот только жалости сейчас Баки и не хватало. Убил бы нахрен.
- Мой отряд завтра уходит, - говорит Райян, - В Австрию. Не думаю, что мы с тобой когда-либо еще увидимся.
- Предлагаешь мне выговориться по этому поводу?.. - ухмыляется краем рта Баки, уже подсознательно понимая, что речь совершенно не о том.
Игра слов, игра взглядов, намеки. Он играл в такое не раз и не два, но каждый раз в последний момент пасовал, как бы не горела кровь и не хотелось остаться, поддаться. Сейчас, кажется, он  слишком вымотан для попятной.
- Нет, - улыбка у Райяна едва заметна, когда он ведет пальцы от запястья Баки и выше, осторожно сжимая их на его локте. Улыбку такую Джеймс отлично знает, сам ей часто пользуется. Называется "ну, давай, догадайся сам".
Играть по правилам, даже своим, он не любит, но сейчас ведется, сознательно.
- Предлагаешь помощь? - вскидывает бровь, поджимает губы, будто прячет не то улыбку, не то дрожащий подбородок.
- Не обещаю, что это поможет.
- Тогда зачем? - смешок выходит нервным.
- А почему нет? - в тон ему отвечает ирландец.
И действительно, думает Баки. Почему нет.

0

43

Не отрываясь от губ Пегги, Стив вытащил ее рубашку из-под пояса юбки и стал расстегивать пуговицы на ней. Пожалуй, было бы в нем больше огня - он бы без проблем просто разорвал ее, заставив пуговицы разлететься по всему кабинету. Но сейчас он делал это неторопливо и спокойно, словно давая себе шанс то ли все-таки загореться, то ли остановиться. Маргарет запустила пальцы в его волосы и провела ногтями по коже головы. Вот это было приятно. Но не настолько, чтобы...
Освободившись от поцелуя, Стив сокрушенно опустил голову: нет, все было не так, все было неправильно, и на такое развитие событий он не был согласен.
- В чем дело? - недоуменно спросила Пегги, опустив ладони Капитану на грудь.
- Я не хочу... так, - Роджерс огляделся и развел руками. - Я хочу пригласить тебя на свидание, сводить на танцы... Узнать о тебе больше, чем то, какого цвета у тебя глаза, или то, что кофе ты пьешь только по утрам.
Улыбнувшись, Маргарет вздохнула и провела подушечками пальцев от виска Роджерса вдоль его щеки и шеи к плечу. Похоже, она совсем не сердилась, а была... благодарна, что ли.
- Ты прекрасный человек, Стив, - сказала она, чуть склонив голову на бок и прикрывая локонами обнаженное плечо. - И я...
Не договорила. И Роджерса это совсем не расстроило. Расстроило то, что помешало ей договорить. Точнее - кто. Хорошо хоть оперся кулаком о стол - а то ноги, казалось, не удержали бы. Стиву было и стыдно, и больно, но... разве не этого Баки от него ожидал? Разве он не должен был быть доволен? А что он вообще здесь делал?
- Я, конечно, не считаю, что сержант из тех, кто разносит сплетни на каждом углу, - Пегги, заправив за ухо прядь волос, принялась застегивать пуговицы. - Но, думаю, тебе стоит с ним поговорить.
- Да, - выдохнул Стив, наклоняясь и поднимая с пола одежду. - Надо бы.
И вот что он ему скажет? Что все не так, как он подумал? Вранье, все было именно так. Что Стив вообще не был в курсе и не хотел ничего? Ну да, а раз не хотел, то почему позволил себя раздевать и целовать? Качок не смог сопротивляться хрупкой даме?
Роджерс виновато улыбнулся Пегги напоследок и скрылся за дверью. Пройдя вдоль по коридору, Стив вышел на улицу и огляделся, словно ища во мраке следы Барнса. Оставалось надеяться, что он сидит с остальными в баре или уже отправился спать. В бар возвращаться Капитан не хотел, потому что догадывался, что появляться там с ярко-красной помадой на лице не стоит: сразу определят ее обладательницу. А значит, нужно было сначала привести себя в порядок, а потом дождаться Баки и поговорить с ним с глазу на глаз.
Баки не пришел и спустя полчаса. Стив сидел на койке Джеймса, как верный пес, ожидающий своего хозяина. От такого сравнения Роджерсу становилось не по себе. Его клонило в сон, и он прилег на подушку Баки, свесив с постели ноги. Он ведь скоро придет, - думал Стив, закрыв глаза, а потом как-то неожиданно провалился в глухую пустоту, которая заменила ему обычное сновидение.

0

44

В конюшни, переоборудованные под казарму, Баки явился под утро. Шел он очень тихо - ни один солдат, храпящий на своей койке, не проснулся. Перед своей кроватью он замер. Некоторое время молча смотрел на спящего там Стива, представлял себе, как тот пришел вчера после горячего свидания с Пегги и сел подождать на кровать Баки. А потом и уснул.
Хотелось - одновременно - укрыть Роджерса пледом и сбросить его пинком на пол. Не замерзни, Стиви.  Вали в лейтенантские комнаты, Стиви.
Он неслышно достал из своего вещмешка полотенце и ванные принадлежности, а потом развернулся и вышел из казармы. Сел на пустой ящик, поднял лицо к алеющему на горизонте небу, прикрыл глаза. Веки слипались, а губы саднило.
Вокруг было тихо. Конечно, стояли постовые, конечно, ходили патрули - у одного из патрульных он стрельнул сигарету. Его пачку они выкурили с Райяном в чьем-то заброшенном доме, стряхивая пепел с сигарет в вазу с китайскими рисунками.
- Ты в душ собрался, что ли? - спросил знакомый парень из того же сто седьмого полка, прикуривая ему сигарету. Они мало общались, и Баки с трудом помнил его лицо. - Холод же собачий.
- А мне нормально, - отмахнулся Баки.
Вода в баках за ночь стала ледяной, но так было даже лучше.
Он вымылся, даже волосы, пропитавшиеся запахом табака и пороха, почистил зубы, забивая порошком привкус сигарет и виски, шипя и чертыхаясь выбрился - зато теперь это реально почти раздражение от бритья.
Он выходил из душа, уже одетый и почему-то не замерзший особо, когда услышал на другом конце лагеря гнусавый голос кого-то из британских командиров и отзвук хорового "есть, сэр".
Райян где-то среди сотни своих соратников, уезжает, и больше они не увидятся. Еще полчаса назад Баки думал, что это хорошо. Теперь, отчасти, жалел, но так. Слегка.
Пустоту надо заполнять. Но не болью, не гневом и не завистью. Пустоту надо заполнять другим. Пей. Убивай. Люби. И не оставляй себе времени на рефлексию.
О'Райли говорил - не уверен, что это поможет. Баки думал - помогло. Как морфий при фантомных болях.

Он вернулся в казарму с твердым намерением разбудить Стива и согнать его со своей койки, но передумал. Стащил ботинки и улегся на койку Стива. Ну а что - ты на мое место лег, я на твое лягу, какая разница, где спать.
Подушка пахла мылом и - Баки был уверен, что его глючит, конечно, это глюки, неоткуда взяться здесь запаху яблок и карамели, но кажется - так пахнет. Он уткнулся лицом в подушку и судорожно выдохнул.
Постепенно до него начинала доходить вся глубина падения и полная безнадежность ситуации.
Завыл бы, да всех разбудит. Баки подобрал колени к груди, обхватывая их руками и утыкаясь лбом. То, что оставил дома, сбегая, по сути, на фронт, нагнало его и здесь. Нельзя убежать от себя, верно. Куда бы ни уехал - все равно берешь себя с собой.
Так, спать. Пару часов до побудки.
Как-то оно все да будет.

0

45

Нехотя открыв глаза, Стив поднялся на постели. Если Баки его не разбудил, значит, его еще не было. Значит, заночевал в другом месте. Или провел очередную ночь в компании какой-нибудь медсестры. Или радистки. Как обычно. Почему Стив вообще позволил себе думать, что все могло быть иначе?
Тихое сопение на соседней койке заставило Стива резко обернуться. Баки спал на его постели. Сердце в груди сжалось, и легкие, кажется, - вместе с ним. Пришлось открытым ртом сделать вдох, чтобы вернуть себе возможность дышать. Стив окинул взглядом Баки, от макушки до пят, как будто в его внешнем виде, в его позе, в ритме его дыхания он найдет хоть какой-нибудь ответ на терзавшие его вопросы. Не нашел.
Устав сидеть так, вполоборота, Стив поднялся с койки и, обойдя ее, уселся напротив своей постели. Сцепив руки в замок и уперевшись локтями в колени, Стив сосредоточенно смотрел на Баки. Что же он будет говорить, когда Джеймс проснется? Переведет все в шутку? Или расскажет, как все было на самом деле? А почему, собственно, он должен оправдываться? Баки ведь просто похлопает его по плечу и похвалит успешного ученика.
- Подъем, черти! - возвестил голос штабного офицера, чьей заботой было только разбудить, накормить и одеть военных. - Завтрак стынет!
Стив даже не шелохнулся, несмотря на пронзительный и громкий звук, разрезавший тишину помещения. Вот так, опять, это странное чувство, как будто никого здесь нет. И за пределами этого помещения тоже. И в мире вообще. Но тогда все было бы проще, если бы никого больше не было.
Когда Баки открыл глаза, Стив тут же радостно улыбнулся, как будто не видел его уже давно и был очень рад встрече. А может быть, если сделать вид, что ничего вчера не произошло, все будет как всегда? Роджерс даже хотел было пожелать доброго утра, но тут его взгляд замер на оч-чень интересной детали. На ключице у Баки был след, и Стиву не потребовалось много фантазии, чтобы понять, от чего этот след был. Искренняя и мягкая улыбка сменилась натянутой, Стив потупил взгляд и сжал одеяло в кулак, ведь он сейчас готов был сорвать белье с постели, метнуть его о пол и выйти прочь. Но он же знает, прекрасно знает, что не имеет никакого права ревновать того, кто ему не принадлежит.
- Доброе утро, Баки, - проговорил Стив быстро, но голос все равно предательски дрогнул.
Взять себя в руки. Это ведь несложно. И глупости все это - то, что творится в голове. Последствия удара и крайне эмоционального пробуждения. Ведь все, как обычно. И друг рядом. Рядом друг, почти что брат. Почти что.

0

46

Просыпаться не хотелось. Голове полагалось трещать от невообразимого количества алкоголя вчера, но нет. Голова не болела, мышцы не ныли, отменное самочувствие. Только спать хочется. Потому что сон - забытье, позволяет не думать, не вспоминать, не анализировать.
Но тут война, и моральное состояние по поводу отвлеченных тем - не повод просыпать построение, завтрак и что там день грядущий готовит.
Баки открыл глаза и первое, что увидел, была солнечная улыбка Стива.
- Пздравляю, - пробормотал Баки, переворачиваясь лицом в подушку и издавая звук, который мог бы быть недовольным стоном. Ну мама, ну еще пять минуточек посплю, сожру себя с потрохами и потом примусь за хлопья.
Он поднялся с койки, пальцами пригладил торчащие во все стороны волосы - вот что бывает, когда с мокрой башкой спать лечь, - провел ладонями по лицу, будто пытаясь стереть совершенно убитое и мрачное выражение.
Несмотря на вопль о побудке, часть отряда на своих койках и не думала вставать.
- Подъем, сучечки, дома спать будете! - заорал Баки, подрываясь с кровати и принимаясь шнуровать ботинки. Традиции имени сержанта Барнса остаются неизменными. Будить отряд матом - бесценно, - Ать-два, жопы с кроватей подняли, бегом на построение! Кто последний, тот до конца недели будет носить позывной Мисти Дэй и чистить остальным ботинки, - это он орал уже натягивая китель, скрывший следы "преступления". После чего повернулся к Стиву, который выглядел как-то странно - одеяло в кулак сгреб, улыбка на лице какая-то безрадостная, нет, не так полагается смотреть счастливчику, трахнувшему Пегги Картер, - А ты чего ждешь, Стив? Давай, подавай пример, ты ж капитан, слуга стране, отец солдатам, ать-два, - пробегая мимо Стива, он взлохматил его волосы, будто тот по-прежнему был тощим астматиком, засидевшимся за рисованием до поздна.
Втащиться в привычный режим широкополосного радиовещателя было не так-то сложно. Да, хотелось побиться головой о стену или кулаками вот тоже можно, о стену, о дерево, о чьи-то зубы, но имеет ли он право подводить отряд, Стива, страну, мир? Делай то что должен, и будь, что будет, говорил ему когда-то отец.
После построения был завтрак, после завтрака - тренировка, после тренировки их отправили в соседнюю деревню - проконтролировать, чтобы груз с гуманитарной помощью был разделен равномерно между населением и не случилось ничего из ряда вон. Баки пробегал весь день, будто в заднице у него было шило и не одно, был одновременно здесь, там, во-он там и еще на пригорочке, только что какой-то старушке ящик помогал до дома донести, а теперь уже обвешан малышней и травит какие-то байки в лицах. Стива он не игнорировал, но попыток подойти и поговорить не делал, зато ухмылялся и подмигивал - несколько раз, когда их взгляды пересекались.
Урожай с полей убрали поздно, и еще остались огромные стога сена, которые полагалось собрать и отдать гражданским тоже, но заняться этим должны были уже не их несколько отрядов, а следующие. Пока, валяясь в одном из таких стогов, Баки держал в зубах соломинку и смотрел на темнеющее небо в ожидании обратного транспорта. Пистолет-пулемет он положил рядом. Пусть тут и тыл, но по уставу солдат и оружие расставаться не должны.
- Стив, - окликнул наконец друга Баки, заметив белобрысую макушку в сумерках. Сел, чуть сдвинулся, освобождая место рядом с собой. - Не хочешь ли подойти? Поговорить? - улыбка была широкой, но в глазах не отражалась. В глазах, скорее, была веселое какое-то отчаяние, какое могло бы быть у человека, осознавшего тленность бытия и смертность всего сущего. - Рассказывай. Как все вчера прошло? - заговорщицким шепотом поинтересовался он.
Знать Баки не хотел. На самом деле не хотел. Но не мог же не спросить. Так бы он сделал, если б был нормальным человеком, хорошим другом, бла-бла-бла. А он таким должен быть. Пусть он этого и не достоин нихрена.

0

47

Весь день прошел ужасно. Стив не находил себе места, а все, за что ни брался, валилось из рук. Практически ни с кем не говорил, практически не поднимал глаз. Лишь изредка искал взглядом Баки, а найдя, проклинал себя за то, что проявил в очередной раз слабость и поддался ей. Роджерс чувствовал себя затравленным зверем, но как от этого чувства избавиться, не знал.
И вот наступил вечер. С одной стороны, Стиву хотелось поскорее сбежать с поля, а с другой - впереди ночь, и их с Баки койки рядом. Вероятности, что вторую ночь подряд Джеймс проведет не в расположении, практически не было. А это означало бессонную ночь с терзаниями и раздумьями. И с наблюдением за спящим Баки. Ужас какой-то. Проще сразу собрать манатки и заночевать на улице.
И тут - Баки окликает его. Стив сперва подумал, что ему показалось, но нет - Джеймс подвинулся, предложив присесть рядом с собой. Тяжело вздохнув, Роджерс подошел, но уже по тону друга понял, что разговор будет не из приятных - как минимум, для него.
Как вчера было, спросил Баки. Как? Никак. Не захотел, не смог, не позволил себе. Как ни назови, как ни объясни, - все это вызовет насмешки и подначивания. Да и какое дело Барнсу, как было? Ах да, он же думает, что Пегги первая... Пусть думает.
- Хорошо, - пожал плечами Стив, посмотрев на Джеймса. - Картер прекрасная женщина. А ты, похоже, тоже хорошо вчера отдохнул.
Без стеснения или смущения Роджерс потянулся к вороту Барнса, давая понять, что он видел следы укуса на его ключице. Но спрашивать, как оно было, Стив точно не станет. Просто не сможет вынести этого. Скорее прикладом приложит лучшего и единственного друга, чем заставит себя выслушать рассказ о похождениях сержанта Джеймса Барнса.
- Так что я рад, что мы оба неплохо провели время, - пробубнил Стив, поднимаясь и отряхивая штаны.
Нужно было проваливать отсюда, потому что этот разговор точно ни к чему хорошему не мог привести. Баки может чесать языком про очередной перепих с кем-нибудь другим - благо, они с Тимом или Гейбом знакомы давно, а теперь были очень дружны. В общем, к черту все эти разговоры, потому что это только издевательство над нервами. Стив направился было к остальным, но резко развернулся и посмотрел на Баки сверху вниз:
- Ничего у нас не было, - нахмурившись, сказал он. - Мы обсудили и решили, что не будет ничего. Ты вломился как раз тогда, когда мы договорили. Я... - Стив всплеснул руками и растерянно огляделся вокруг. - Я не знаю, почему тебе об этом рассказываю. Какая тебе разница? Нет, заткнись, даже знать не хочу, - пнув ногой кучку сена рядом, Роджерс все-таки развернулся и быстрым шагом поспешил прочь, но не к остальным, а просто куда-нибудь - куда-нибудь подальше отсюда.

0

48

Щитоэтобылоблядь?! - подумал Баки, провожая круглыми глазами широкую спину друга, но вслух ничего не высказал. Запнулся о внимательный взгляд Гейба с соседнего стога сена.
Это совершенно не было похоже на Стива Роджерса. Тот всегда выслушивал, отвечал... ну, он мог предполагать, что Стив не захочет рассказывать или просто расскажет все со своей обычной спокойной мягкой улыбкой, но вот так. Нет, ВОТ ТАК.
В голосе Стива слышалась горькая ирония, а потом... а потом это что это, блядь, было? Стив сказал ему заткнуться?..
Здравый смысл и логика подсказывали, что это все уж больно похоже на ревность. Но такой вариант Баки сразу отмел, как ну потому что не может же этого быть. Никогда Роджерс не ревновал его, да и зачем бы ему. Наверное, просто Баки делает что-то неправильно, вот тот и... переживает.
Объяснение звучало неубедительным даже мысленно.
По пути обратно в часть Стив сел рядом с водителем, а Баки и остальные забрались в кузов.
- Что у вас с Кэпом происходит? - спросил Гейб, наблюдавший сцену.
- Понятия, блядь, не имею! - совершенно искренне ответил Барнс, а для верности округлил глаза и развел руками.

По возвращению на базу им обоим было велено явиться в штаб.
На столе была разложена карта, какие-то инструменты, стаканы с чаем и не-чаем, а низко нависающая над столом лампа высвечивала лицо полковника Филлипса.
Картер здесь не было, зато вместо нее был Говард. Баки узнал его - видел на выставке, но вблизи он оказался заметно ниже.
- У меня для вас задание, парни, - с порога обрадовал их полковник.

В принципе, звучало легко. Самолет до Парижа, десантироваться, встретиться с группой местных диверсантов, которые доставят их обоих до Оперного театра, где их тоже уже ждут. Цель - штандартенфюрер СС, он же агент ГИДРЫ, Маркус Штольц, любит оперу, после представления всегда заходит в гримерку к своей любимой диве. Задача - выкрасть и доставить к указанному месту, где их встретят. Вся необходимая поддержка будет оказана, основная сложность задачи состоит в том, что мистер Штольц отличный боец и у него точно так же ампула яда в зубе, а взять его надо живым.
До вылета, согласно инструкциям Филлипса, у них было около часа. Необходимые документы для ознакомления Стиву выдали, подождали, пока ознакомится, а дальше направили на склад, где тот получит необходимое вооружение по собственному усмотрению.
Баки собрался было следовать за капитаном, как его окликнули.
- А ты куда пошел? Свое задание выслушать не хочешь, сержант? - голос Филлипса звучал резко, и Баки даже застыл на месте, не веря собственным ушам. Собственное задание! От полковника! В Париже! Круто же!
- Так точно, сэр, - осклабился сержант, - Сгораю от нетерпения, сэр!

Самолет вел Старк.
В салоне, кроме них, находилось еще двое безымянных солдат, которые молчали и хмуро смотрели на грозовые тучи в иллюминаторах. Разговор как-то не клеился.
Самолет был трофейным, очевидно - второй пилот передавал что-то на немецком диспетчерам и, наверное, потому их еще и не пытались сбить.
Будто бы озвучивая мысли Баки, Говард объявил сидящим в салоне:
- Как только десантируетесь, начнут стрелять. Попытайтесь... сделать так, чтоб в вас не попали.
- Да ты тоже, знаешь ли, попытайся сделать так, чтоб в тебя не попали, - буркнул Баки, напяливая ранец с парашютом.
Ему раньше не доводилось прыгать, но Говард и Филлипс в один голос сказали, что фигня вопрос. А сдавать Стиву, что у него это будет первый прыжок, почему-то не хотелось.
- Готов, Кэп? - спросил Баки, стоя у открытого люка самолета. Внизу были видны только облака но где-то там - огни Парижа. Разреженный воздух бил в лицо и прыгать было страшно, но еще страшней было бояться.
По команде Старка он шагнул в небо. Вниз.

Странно, но стрельбы не было. Они прошли сквозь облака и болтающемуся под темным куполом Баки это падение показалось целой вечностью погружения в кроличью нору.
От удара о землю Баки пошатнулся, шлепнулся на задницу, зашипел тихо - нет чтобы как Роджерс плавно и сразу на ноги, практика, блин, а в пехотном их этому не учили. Он быстро поднялся, собирая парашют и оглядываясь. Поле, почти близнец того, что и несколько часов назад. Темнеет неподалеку громада леса, стелется туман меж стволами старых дубов.
Ночь подсветили огни фар и к ним выехала грузовая машина.
Водитель говорил по-английски с ярко выраженным французским акцентом, он объяснил им, что надо запрыгнуть в кузов и там для них припасена одежда, в которую следует облачиться, пока они едут к городу.
Одежда была цивильной, чистой и вкусно пахла мылом. В кузове было темно и Баки радовался тому, что Стив снова не заценит "украшение" на его ключицах, а еще так же искренне надеялся, что не напялил рубашку наизнанку.

Конечно, лучше времени поговорить он не нашел. Но чем больше думал, тем больше понимал, что ничего не понимает в ситуации, а еще - что ситуация волнует его слишком сильно. Настолько сильно, что собственное задание казалось какой-то мелочью, которую стоит поскорее сделать, чтобы поскорее в спокойной обстановке поговорить с другом. Но, черт, до спокойной обстановки дожить бы, а воздух вокруг Стива казался наэлектризованным, так что Баки даже подходить опасался.
- Стив, - тихонько позвал друга Баки, когда оба они закончили с переодеваниями, а машина все еще ехала, - Что-то снова не так, да?

0

49

Перед тем, как отправиться в путь, Стив еще раз заглянул в расположение. Среди своих вещей он отыскал фотографию, которую оставил когда-то себе на память. На ней была та экспериментальная группа, которую набрали для Эрскина, полковник Филлипс и Пегги Картер. Закусив губу, Роджерс немного помешкал, а потом достал нож и по кругу вырезал лицо Пегги, после чего вставил этот кусок фотографии в свои карманные часы. Вот так-то лучше. Чтобы не забывать. Как будто от этого будет легче!
Сунув часы в карман, - а с ними он редко расставался, - Стивен вышел на улицу, слегка поежившись от холода. Молча сел в машину, которая должна была довезти их до взлетной полосы.
Стив старался не смотреть на Баки все то время, что они были в пути до Парижа. Вообще. Не поднимал взгляда выше его ботинок. В этот раз держать себя в руках было гораздо проще, потому что Стив злился - и на Баки, и на самого себя. На себя - больше. А тут еще и это задание, очень несвоевременное, да еще и на двоих. Так хоть можно было прикрыться личиной Капитана Америки и общаться с Баки только в уставном порядке, а тут... как на подлодке - никуда не деться.
И вновь Баки окликнул Стива, второй раз за день, правда, уже без этой издевательской насмешки в голосе. Похоже, Роджерс напугал своим неожиданным поведением не только самого себя, но и Баки. Но отвечать ему не хотелось. Совсем. Потому что нужно было объяснять причины совершенного поступка, а это не то, что можно было так просто взять и объяснить. Да и как вообще такое объяснять? Роджерс и сам плохо понимал, что с ним происходит, как минимум потому, что таких сильных эмоций он не испытывал ни разу не то что за последний год, а чуть ли не за всю жизнь. И он отказывался думать о том, что его ревность, прежде тихая и смиренная, оказалась просто спавшим вулканом, который внезапно проснулся и чуть не сжег все к чертям.
- Это не имеет никакого значения, и обсуждать я это не буду, - сквозь зубы ответил Стив, поправляя одежду, от которой уже, честно признаться, отвык. - У нас есть задание, и давай его выполнять.
А лучше молча. А лучше не глядя друг другу в глаза. Или вообще поодиночке. Да, лучше так.
Приехав к Оперному театру и оказавшись за кулисами, Стив огляделся. Тут поднимать шум точно нельзя, а значит, это задание будет не намного проще других. Уточнив, где находится нужная гримерка, Роджерс отошел чуть в сторону, дав Баки пообщаться с партнерами, а сам же предпочел послушать их разговор издалека.

0

50

Если бы сам Баки прошлую ночь провел как-то иначе, то возмутился бы, потребовал бы немедленно все обсудить и выдать все как есть, а то что это за хрень, вчера друзья, сегодня уже сквозь зубы... но мозг пронзила внезапная догадка - а что, если Стив знает о том, как именно ему удалось "отдохнуть прошлой ночью? И где, и с кем, и что?..
Кровь отхлынула от лица, и он почувствовал, как лоб и виски покрываются мелкой испариной, а рубашка противно липнет к телу.
Г-ди, ну конечно же. Стив ведь дал ему понять еще вечером, что он в курсе!.. Это провал, это полный провал. Конечно же, друг имеет полное право и сквозь зубы с ним говорить, и презирать, и удивительно еще, как в морду не бьет. Ведь его, Стива, друг оказался... таким... Это кошмар. Один из самых страшных страхов сбывался, и поздно что-либо делать, кроме как каяться.
Баки умолк, и остаток дороги провел, уткнувшись лицом в колени и уговаривая себя, что надо все-таки довести миссию до конца, а как-нибудь поэффектней рухнуть на рельсы или грудью на амбразуру можно и позже. Когда Стива рядом не будет. Или будет, но с надежным прикрытием.
Прежнюю веселость Баки как рукой сняло. Он был бледен, молчалив и сосредоточен.
У них со Стивом действительно были разные миссии. Кэп должен был взять штандартенфюрера, а Баки... Баки повели за сцену.
Сразу же после спектакля герр Штольц направляется за кулисы, в гримерку к своей любовнице. Если что-то идет не так, он покидает театр. Сложность в том, что что-то может пойти "не так", если Баки нажмет курок раньше времени.
Оружие, выданное ему Старком, выглядело диковинным, но после боев с оружием разработок ГИДРЫ, сержант уже ничему не удивлялся.
"Гнездо" для него подготовили в одном из беленых домиков, сделанном из деревянного каркаса и, судя по всему - папье-маше.  Доносящиеся со сцены звуки оперы Баки не узнал. Строго говоря, он никогда не был ценителем оперы. Поют себе что-то и поют. На итальянском. 
Баки не знал, какие дополнительные задачи были поставлены перед Стивом, а ему... да что уж, полковник Филлипс доходчиво объяснил.

- Это же почти ребенок.
- Внешность обманчива.
- Кто она? Агент ГИДРЫ? Сам сатана под маской ангела?
- Она старше, чем кажется. Ученая. Пыталась воспроизвести сыворотку супер-солдата, по счастью, безуспешно. Сказать, сколько людей погибло при экспериментах?
- Скажите.
- Сто сорок пять.
- Это казнь?
- Нет. Сейчас она занимается химическим оружием. Убивать у нее получается лучше и она решила не противиться таланту.
- Почему тогда вы не дали эту задачу Кэпу?
- Мы с тобой оба знаем, что Кэп не убийца. Он может лишить врага жизни в бою. А здесь надо хладнокровно нажать на спусковой крючок, видя в прицеле это кукольное личико.
- То есть, - Баки тогда еще усмехнулся, - Я - убийца?
- Ты солдат.
И Баки не нашелся, что возразить.

Он нашел фройляйн Кунце в прицел. Та сидела в ложе одна, сложив руки в белых перчатках на коленях.
Рядом на столике были фрукты и бокал с чем-то ярко-оранжевым. Морковный сок, - понял Баки.
В прицел ее лицо было видно достаточно хорошо, он искал и не находил признаков возраста. Ни на лице, ни в прическе, собранной из белокурых локонов, ни в ярко-голубом платье - рукава буфами, белые бантики и розочки, ни даже в выражении лица. Оно выражало интерес к тому, что происходило на сцене, но интерес сдержанный, без детской восторженности. Маленькая леди с едва наметившейся грудью. Ученая-убийца? Да вот нихера не похоже.
Локти затекли от долго лежания в неудобной позе и Баки перевернулся на спину, прижимая винтовку к груди. В скудном освещении циферблат часов был плохо виден, но все же можно было отследить момент, когда большая стрелка почти достигла полуночи.
Джеймс перевернулся на живот, снова нашел её в прицел. Теперь она подалась вперед, уложив локти на перила ложи и смотрела на сцену во все глаза. Влажные, от сопереживания трагической развязке.
Зал зашелся в аплодисментах, и он нашел взглядом цель Стива - Маркуса Штольца. Тот хлопал вместе со всеми не больше пяти секунд, а после поднялся с места и направился прочь из зала. Торопился, видимо, к своей Кармен.
А Берта Кунце стояла в ложе и хлопала с таким восторгом на лице, какой бывает только у детей.
Я не убийца. Я солдат.
Выстрел был совершенно беззвучным. Первая пуля-игла прошила голубое платьице четко напротив сердца и Баки в какой-то момент показалось, что он промазал - ни крови, ни вскрика - ничего. Но в следующий момент она открыла рот, но если и ойкнула, то голос потонул в шумящем море из хлопков и криков "Браво!", шагнула назад, опускаясь в кресло и глядя растерянно по сторонам. Он прицелился и выстрелил во второй раз.
Дернулась. Затихла. В прицел он видел широко раскрытые остекленевшие глаза девочки, которой едва ли можно было дать больше четырнадцати.
Внешность обманчива, да?..
Он не захочет этого знать.
Баки выполз из укрытия, спустился вниз, тут же спрятал винтовку в чехол, закинул за спину.
Актеры все еще оставались на сцене и надо было убраться с глаз. Проводник ждал у лестницы, тут же повел на улицу, в машину, припаркованную у черного входа.
- Где... мой напарник? - спросил Баки, вдруг осознав, что не может позволить себе назвать его по имени. Вот не выходит.
- Надеюсь, скоро будет, - ответил тот, - Хотя бы один из вас должен вернуться. Ждите здесь, месье.

Это были самые долгие десять минут в его жизни.

0

51

Стив зашел в гримерную еще до окончания представления, по пути вытащив из вазы, стоявшей в коридоре, букет пионов. Уселся в кресло и, положив цветы себе на колени, стал терпеливо ждать. Музыка была едва слышна, а в помещении пахло дорогим парфюмом - точнее, Стив просто предположил, что он наверняка был дорогим, - и восточными сладостями, которые горкой лежали на серебристом подносе.
Бурные овации были слышны даже в гримерной, и Роджерс, поднявшись, приготовился встречать ту самую диву, о которой ему рассказывали. Послышался громкий цокот каблуков, после чего дверь распахнулась. Женщина охнула от неожиданности, прижав ладонь к объемной груди. По ее взгляду было понятно, что она сперва хотела бы узнать, кто перед ней стоял и зачем он вообще сюда пришел.
Стив протянул даме букет и сказал:
- Мэм, я Ваш большой поклонник. Примите от меня скромную благодарность за Ваше выступление.
Вздохнув словно с облегчением, женщина прикрыла дверь и приняла букет из руки Стива. Уткнувшись наштукатуренным лицом в цветы, она довольно улыбнулась.
- Пионы, мои любимые, - полушепотом сказала она на довольно сносном английском. -  Но откуда Вы узнали?
- Я же ваш поклонник, - повторил Стив, улыбнувшись в ответ. - Мне положено это знать.
На самом деле, он даже имени ее не помнил. Поклонничек.
- Вы говорите, как американец. Вы американец? - когда Роджерс кивнул, она всплеснула руками. - Я совсем забыла! Сейчас о мне придет... посетитель. Вам лучше уйти...
Было ясно, о ком шла речь. Счет времени шел на секунды, и медлить было нельзя. Роджерс договорился, что после представления Штольца немного задержат, но надолго ли удастся его остановить, было неясно. Подойдя ближе, Стив посмотрел на барышню, на которой колыхалось множество рюшечек и лент, а она уже второй раз за последние пять минут бросила на него недоуменный взгляд.
- Хорошо. Уверен, это что-то важное, - проговорил Роджерс, прислушиваясь: кто-то шел по коридору, и оставалось надеяться, что это был Штольц. - Еще раз спасибо.
Отведя руку с цветами, которую певица - а она ведь певица, верно? - прижимала к груди, Стив коснулся губами напудренной щеки. Еще секунда. Открывается дверь. Бинго.
Как Стив вообще до такой авантюры додумался? Он просто не мог придумать ничего, кроме того, что было близко ему самому. Ревность, страшное и неподконтрольное чувство. Она не терзает постоянно, она вовсе не как кипящая магма на дне вулкана. Но она внезапно накрывает с головой, словно разрушительное цунами, и противиться ей очень сложно. Стив уже не раз укорил себя за сказанное Баки, но это жизнь, и назад время не отмотаешь и не исправишь сделанное. Оставалось только искуплять.
Штольц явно не ожидал подобного зрелища, да и вообще не ожидал, что кто-то будет обниматься с его женщиной. Схватив Стива за плечо, он резко оттащил его от певицы, которая покрылась болезненным румянцем даже сквозь толстый слой грима. Выкрутившись из цепкой хватки Штольца, Роджерс кулаком заехал противнику в зубы - благо, он уже знал, где находилась ампула с ядом. Не осознав провокации, Маркус сплюнул на пол и полез с кулаками на Стива, но теперь Роджерсу ничего не мешало просто взять и скрутить гидровца. Лишние эмоции, знал Капитан, ни к чему хорошему не приводят, и этот случай стал тому доказательством.
А оперная дива за все время потасовки даже не пикнула. Только держала ладони на щеках и с ужасом взирала на происходящее. Похоже, общество Штольца ей все-таки поднадоело, раз она не оказала никакого сопротивления его "обидчику".
- И снова спасибо, мэм, - проговорил Стив, держа руки Маркуса у него за спиной.
Штольц возмущался по-немецки, но все, что он говорил, для Роджерса звучало как бессвязная брань, из-за чего Стив лишний раз приподнимал его руки повыше, заставляя наклоняться вперед и идти быстрее.
- Твоя очередь петь, фюрер, - проговорил Капитан, выводя гидровца за задний двор оперного театра, где их уже поджидала машина.
Сдав "груз", Стив сунул руки в карманы брюк и совсем не спешил лезть в машину. Он посмотрел на Баки. Вот сейчас было бы самое время с ним поговорить. Покаяться, что ли. Но дело сделано, и нужно было скорее возвращаться в расположение. Оглядевшись, Роджерс напоследок набрал в легкие воздух Франции, который, правда, слегка отдавал мочой и какой-то гнилью, и уселся в автомобиль. Таким он и запомнит Париж.
Из Франции - сразу на базу. В самолете Стив был молчалив, он обдумывал, что бы такого сказать Барнсу, чтобы сгладить ситуацию. Тем более что и Баки явно выглядел расстроенным, а от душевных терзаний им обоим умирать было ни к чему. Роджерс продолжал думать весь путь до аэродрома, ища оправдания своему поведению. Ничего лучше он не придумал, чем списать все на свою ущербность. Хотя именно таковым - ущербным - он себя теперь и ощущал.
Спустившись по трапу, Стив мягко опустил ладонь на плечо Джеймса.
- Баки, нам нужно поговорить. Я хочу объясниться.
Убедив водителя дождаться их с Барнсом возвращения, Стив отвел его в сторону и, пряча взгляд, сказал:
- Извини за то, что вспылил. Я просто... - ну же, скажи это. - ... не привык обсуждать личное с кем-либо. И я побоялся насмешек с твоей стороны.
Молодец. А теперь в глаза посмотри. В глаза, черт тебя дери, Капитан!
Стив с трудом, но все же поднял взгляд на Баки.
- Я повел себя неправильно, извини, - Роджерс сцепил зубы, ища в глазах Джеймса понимания, но видел в них только свое отражение, и в нем он казался себе прежним Стивом, который не имел никакого права досаждать своему другу, и от этого чувства вины не убавлялось.

0

52

На обратной дороге с миссии - безупречно выполненной миссии - Баки успел еще раз сожрать себя изнутри, рисуя мысленно картины одна другой красочнее - и как он рассказывает Стиву все, и как на очередной миссии подставляется под пули - ах, медаль и звание героя посмертно, и еще куча бреда, подобающая скорее пятнадцатилетнему пацану.
Но Роджерс сам утащил его поговорить. Поговорить. это в последнее время случалось с ними слишком часто, и слишком часто градус отношений сменялся от "лучшие друзья навек" до "глаза б мои тебя не видели". Как-то это все было нездорово, и Гейб был прав, стоило разобраться.
Только как тут разберешься-то?
Баки поднял на Стива взгляд, обреченно понимая, что смотрит, как побитая собака.
Стив все же нашел в себе силы перенять вину на себя, сделать вид, что дело совсем в другом, и - отлично! - зная Баки с десяток лет придумал себе черти что и вдруг не привык обсуждать с ним личное. Боялся насмешек. Конечно, Барнс не возьмет приз "друг года", но не настолько уж и кретин, чтобы насмешничать над первым опытом единственного человека, стойко терпевшего все его фортели вот уже черт знает сколько... а, да к черту. Это все потому, что Стив слишком хороший и сам предлагает Баки вариант, при котором сам продолжает делать вид, будто не в курсе. Дает второй шанс.
Только что ж с таким трудом-то взгляд синий от земли поднимается, что ж так ходят желваки на скулах.
Баки усмехнулся. Грустно, без насмешки. Он протянул бы снова руку, чтобы коснуться плеча или шеи, но слишком свежо в памяти было воспоминание о злости и отвращении в голосе друга.
Оставлять все в состоянии "давайте сделаем вид, что все по-старому" было, конечно, заманчиво, но военное время не терпит полумер и ты либо доверяешь, либо не доверяешь. Либо принимаешь, либо нет. Иначе никак. Время белого и черного, господа, серость останется в окопах и будет засыпана землей. 
- Ты совсем не умеешь врать, Стив, - с горечью в голосе произнес Баки.
Ну, давай. Добивай уже. Не тяни.
...и вскинуть взгляд, как встать из окопа в полный рост - под пули.

0

53

А чего Стив ожидал? Что Баки, спустя годы знакомства, не поймет, что он слукавил? Нет, конечно, но он надеялся, что этого шага к перемирию будет достаточно, чтобы все снова стало по-прежнему. Ан нет, сейчас в эту игру Баки играть не захотел. Он хотел знать правду, но вряд ли Роджерс мог найти слова, чтобы передать все то, что с ним происходило. Да и не стал бы он этого делать. И вряд ли истина показалась бы правдоподобнее той лжи, которую Стив придумал. Он ведь и сам с трудом мог в такое поверить. Вздохнув, Роджерс ответил:
- Сейчас война, Баки... Это тяжелое испытание. И ты мне нужен. Ты нужен мне. - повторил он с обреченностью в голосе. - И я... не знаю, как сказать. Мне не хочется делиться твоим вниманием ни с кем. Тобой делиться. От одной только мысли об этом я с ума схожу.
Стив виновато опустил взгляд, расписываясь в собственной беспомощности. Других слов он подобрать не смог. По факту это было признанием себя ревнивцем и собственником, который даже друга ни с кем делить не хотел. Не лучшее качество для национального героя, для солдата - рыцаря без страха и упрека.
Сейчас Роджерс ожидал от Баки чего угодно, но в восторге от сказанного тот точно быть не мог. Где ж это видано, чтобы один друг требовал от другого всегда быть рядом с ним и забыть обо всем и обо всех вокруг? Пойти на поводу у Роджерса в ущерб своим желаниям, своему удовольствию? О нет, этого мог попросить только Джеймс, и Стив бы, не раздумывая, согласился, еще и рад бы этому остался. А у Барнса всегда была своя жизнь, которая существовала за рамками дружбы с Роджерсом. Так что наверняка Баки сейчас рассмеется, в очередной раз назовет его сопляком и быстро поставит на место, сбив с него всю спесь.
- Это неправильно, но это так. Ну, что ж... - поймав взгляд Баки, проговорил Стив. - посмотри мне в глаза и скажи, лгу ли я теперь?
Раз уж Барнс взялся быть для Роджерса детектором лжи, то пускай теперь сам и решит, верить ему словам друга или нет.

0

54

В голове раздавался звон, сквозь который он едва слышал слова друга, но смысл - улавливал. Мир крутанулся вокруг своей оси несколько раз и снова стал на место, оставив Баки с кружащейся головой, звоном в ушах и горящим лицом.
Это было слишком... чтобы так вот взять и поверить полностью. С доверием у него в принципе были проблемы - сложно доверять другим, когда и себе-то не доверяешь, впрочем, Роджерс - другое дело, только вот Баки всегда оставлял вероятность, что все неправильно понял. Однако сейчас было бы очень сложно растолковать слова Стива иначе.
Ревность прежнему Стиву свойственна не была - или Баки что-то упустил? В любом случае, тот, должно быть, считал себя не вправе заявлять права на все время лучшего друга, полагая, что мало что может дать взамен. А теперь. Прорвало. Впрочем, не его одного.
Поздравляю мистер Барнс, из-за ваших айнэнэ Капитан Америка с ума сходит, вам не стыдно?
Стыдно было. Но не потому.

Баки засмеялся.
- Ну ты и придурок, Стив, - вместо ожидаемой насмешки в голосе и во взгляде было облегчение, какого Роджерс раньше от Баки не слышал и не видел. Сержант шагнул вперед, крепко обнял друга, утыкаясь подбородком за плечо, сминая ткань куртки в пальцах левой руки, а правую укладывая на шею сзади. Сердце колотилось, будто норовило прорвать грудную клетку и вырваться наружу.
- Да куда я от тебя денусь? - пробормотал он, отстранившись немного и глядя в глаза друга,  - Я же с тобой. До конца. Помнишь?
Даже сквозь слои одежды он чувствовал, как бьется сердце друга, и чувствовал тепло его руки на своем плече.
Холодная осенняя ночь вдруг перестала казаться холодной и Баки неловко отстранился, скомкано хлопнул Стива по предплечью, улыбнулся неловко - уголки губ подрагивали от пережитого напряжения, а скулы и уши горели, хорошо, что в темноте не видно.
- Только прошу учесть, капитан, что я не подарочек, и от всего моего внимания ты через пару суток взвоешь, - он подмигнул ему, - Пойдем?.. - он кивнул в сторону ожидавшей их машины. Задерживаться после миссии для выяснения отношений, когда в кузове пленный гидровец... ну, героям, наверное, все можно, но ему самому надо слегка отойти от шока, проанализировать получше ситуацию и остудить голову. А то напридумывал себе, понимаешь, поспешил порадоваться, а ведь основная-то проблема не решена. И не решится. На это даже надеяться не стоило.

0

55

Прошло больше пары суток. Значительно больше. Но, кажется, Стив по-прежнему был доволен тем, как все сложилось. Перемены были разительные: Баки теперь всегда был рядом с ним, а бывали и вечера, когда они вытаскивали друг друга из расположения просто поговорить без свидетелей, а то и вспомнить что-нибудь из своей прежней жизни. Даже кое-как отметили День благодарения. Вернуться домой, в Штаты, вроде бы и хотелось, но... с одной стороны, они стали уже другими людьми, а с другой, не было ни малейшего ощущения, что им все-таки удастся вернуться. Может, это было пустыми тревогами, а может, и предчувствием скорой беды.
Время прошло, и то, что тревожило Роджерса, наконец-то отлегло, оставив только смутные воспоминания. Возвращаясь мыслями к тем дням, когда он не мог разобраться в себе и своем отношении к Джеймсу, Стив только усмехался: наверное, его и правда серьезно контузило. А может, это было просто нехваткой тепла, которая с приближением зимы становилась все ощутимее. Но теплое дружеское плечо теперь согревало и придавало сил двигаться дальше.
К Адаму Стив редко заглядывал, но Блит, кажется, не особо из-за этого переживал. Правда, это не мешало ему радушно встречать Роджерса и даже самостоятельно, пускай и хромая, провожать его из палаты. Стиву было совестно оттого, что он так редко заходил проведать Адама, но это было ответным шагом по отношению к Баки. А Блит все понимал и без объяснений.
Хорошей новостью стал приказ о передислокации. Теперь долг перед чужой отчизной нужно было исполнять в Австрии. По крайней мере, обещали условия куда лучше нынешних, а это действительно радовало. Погрузив все и всех в машины, Стив перехватил Баки и утащил его в автомобиль, в котором должен был ехать сам. На самом деле, с ним должна была ехать Картер, но ее предложил подвезти Старк. Видимо, какое-то смущение по поводу произошедшего она все-таки испытывала, потому и согласилась.
Роджерс не стеснялся выделать Баки среди остальных, просто выбирал теперь другие средства. Не кутал его в холодную погоду, не стряхивал с него пылинки, не давал ему повода считать себя в чем-то хуже или слабее. Но сейчас, при выдавшейся возможности, сразу потянул его за собой.
Переезд - это всегда сложно, но в этот раз вроде бы все прошло удачно, и уже вечером Тим предложил зайти в местное увеселительное заведение и пропустить по стаканчику... того, что подадут. Переглянувшись, Стив и Баки дали свое согласие.
- Тут много наших знакомых, кстати, - рассказал Дуган, уже собираясь уходить. - Вряд ли у них при себе остался эль, но хотя бы в сигаретах и чае недостатка нет.
- О, - улыбнулся Стив, посмотрев на Баки. - Тогда давайте пойдем и поприветствуем наших старых знакомых.
Роджерсу казалось, что на новом месте, но в компании старых соратников будет еще лучше, чем было последние недели. Да и Баки развеется. Дружески похлопав Джеймса по плечу, Стив последовал за Тимом.

0

56

Совместно со Стивом

В кабак Баки не хотелось. С одной стороны стремно было бы узнать, что Райян погиб, с другой стороны не менее стремно было бы увидеть его там живым.
Ирландская удача не отказала О'Райли - сидел себе живехонек среди только слегка проредевших рядов своих соратников, пил эль и сначала вполне мирно поприветствовал Баки приподнятым стаканом.
А Баки ощущал себя - впервые! - неловко в кабаке. Бледность его, вроде, никому в глаза не бросилась, и хотя он пытался балагурить в обычной своей манере, от желания немедленно удрать избавиться не удалось. Он сидел рядом со Стивом, касаясь плечом его плеча - народу за столом было много, и тактильный контакт вполне обусловлен нехваткой пространства. Все в порядке.
Джеймс целенаправленно пытался напиться, проигнорировав эль и начав сразу с виски, но безрезультатно. Через стол он видел, как Райян пытается не отставать, но его алкоголь как раз брал.  Сержант ловил на себе его взгляды слишком часто, чтобы это могло обещать спокойный вечер и "не было ничего".
Возможно, вечер и остался бы спокойным, если бы Роджерс, не будь дураком, не спросил, не знакомы ли они с британцем.
- Знакомы, - ухмыляясь, ответил британец вместо Баки, глядя ему в глаза.
Баки захотелось его стукнуть. Желательно, прикладом автомата в лоб.
- Да, - быстро добавил Баки, - Они квартировались в той же деревне в Италии, помнишь? Это же их полк нам тогда эль достал. Вот Райян там сержант. Вы с ним тоже знакомы, если помнишь.
На лице британца появилось скучающее выражение, мол, ну да, знакомы, и что с того.
- Прости, Райян, - улыбнулся Стив, чуть сощурившись. - Кажется, тот день совсем выпал из моей памяти, - он перевел взгляд на Баки, улыбнувшись шире и чуть подтолкнув его плечом.
- Неудивительно, - фыркнул Райян, отхлебнув еще глоток виски из своего стакана, - Тебя отвлекла роскошная женщина.
Это определенно не закончится хорошо, - понял Баки.
- Да, - процедил сквозь зубы он, буравя британца злым взглядом, - И ты пропустил все веселье. В таверне было очень здорово.
Он очень пытался намекнуть британцу, что в таверне, блядь, было здорово. В таверне. Блядь.
Не сработало - но не потому, что тот не понял, судя по всему. Судя по всему - очень даже понял. Но не внял.
Райян ухмыльнулся насмешливо, развел руками.
- Да. Было здорово. И можно было бы повторить. Да, Баки? Может быть, на сей раз Кэп к нам присоединится? - еще глоток виски, взгляд на Стива, - что скажешь, Капитан Америка?..
- Мы на войне, - сухо произнес Джеймс. На его скулах вспыхнул лихорадочный румянец, - Не время напиваться до зеленых чертей. И вас это тоже касается, сержант.
- А кто говорит про напиваться?.. - вскинул брови О'Райли.
Это было слишком. Все было так хорошо в последний месяц, а теперь этот... мудак грозил перечеркнуть все.
Стив - Баки видел боковым зрением - начал хмуро поглядывать на обоих в легком недоумении, но по его взгляду видно было, что тон Райли ему совсем не по нраву.
- А что было-то? - спросил он у Баки, намеренно не глядя на британца.
- Танцы на столах, - улыбка на лице Баки могла обмануть кого угодно, но Стива, если бы тот подключил внимательность - вряд ли. - Может быть, пойдем уже? - чувствовалось, что от "немедленно подорваться и уйти" его сдерживал лишь сидящий на месте друг. Или, возможно, нежелание оставлять его один на один с пьяным британцем, который, черт побери, говорил, что они больше не встретятся.
- Танцы. На столах. Именно, - О'Райли залпом допил свой стакан.
- Я устал, - обратился Баки к Стиву, так же намеренно не глядя на Райяна и поднимаясь с места, - Пойдем отсюда.
Роджерс, проследив взглядом движение Баки, тоже поднялся из-за стола, бросив недовольный взгляд на Райяна.
- Да, мы пойдем, пожалуй. Хорошего вечера, сержант.
- Рад, что у вас все хорошо. Не за что, Баки, - донеслось им в спины.
- Не обращай внимания, - пробормотал Баки, когда они уже вышли из бара. Уши горели, как и лицо, и больше всего он желал, чтобы завтра же их отправили на какое-нибудь задание.
Стив остановил Джеймса, придержав за плечо:
- Что это вообще было?
Когда Стив коснулся его плеча, он ощутимо вздрогнул, но не отстранился. Не стоило Райяну появляться здесь. Не стоило им задерживаться там так долго. Сразу надо было уйти.
А теперь остается только врать - благо, у Джеймса это получалось куда лучше, чем у Стива.
- Ирландский юмор, должно быть, - безразлично отозвался Баки, спрятав руки в карманы форменных брюк. Повел плечами, поджал губы.
- Ну конечно, - фыркнул Роджерс. - Я видел, как он на тебя смотрел. Мне стоит начинать волноваться?
- О чем? - Баки облизнул пересохшие губы, глядя снизу вверх не то с издевкой, не то со страхом.
- О твоем здоровье, - усмехнулся Стив. - Ты явно ему насолил. Не знаю, что за танцы на столах вы устраивали в баре, но могу догадаться, что он тогда упал и отшиб себе все манеры. Ладно, пойдем. А за этим сержантом я пригляжу.
- Лучше не надо, - совсем уж тихо пробормотал Баки, направляясь вслед за Стивом в сторону казарм.

По дороге их перехватил прихрамывающий приятель Стива - Адам, мать его, Блит. А Стив будто бы не увидел несчастного и почти умоляющего взгляда своего - типа! - лучшего друга.
Поговорить надо с Блитом, ну да. А Баки же устал. Ну да.
В казарму Баки отправлялся медленно, уверенно и торжественно. Почти как в камеру смертников.

0

57

- А не рано тебя отпустили? - спросил Стив, улыбаясь.
- Меня никто не отпускал, - пожал плечами Блит, лукаво улыбнувшись. - Я сбежал. Знаешь, как невынсимо лежать в госпитале, когда все только и говорят о том, что сегодня будут отмечать новоселье? Может, сходим? Если еще и угостишь, - Адам похлопал по пустым карманам брюк. - я в долгу не останусь.
Кивнув, Роджерс подал Блиту руку, а тот поспешил взяться за его локоть. Медленно пошли обратно, на звуки музыки, смеха и звона бокалов.
Зайдя, они выбрали место у стойки, но скраю - там, где бы потише, и народу было немного.
- Мне не хочется уезжать, - проговорил Блит, безрадостно улыбаясь и глядя в свой бокал. - Но, чувствую, скоро настанет это время.
- Понимаю, - вздохнул Стив. - Но выбор есть всегда.
- Прострелить себе вторую ногу? - тихо рассмеялся Адам, сверкнув своими кошачьими глазами. - Думаю, это будет плохая идея.
- Согласен.
- Слушай, - протянул Блит. - Позади тебя сидит человек, который вот-вот своим взглядом прожжет тебе дыру в спине.
Хмыкнув, Стив развернулся и увидел того самого Райяна. Он вопросительно на него посмотрел, помолчав несколько секунд, но потом спросил:
- Проблемы, сержант? - Роджерс посмотрел на него с явным вызовом во взгляде.
- У меня - нет, - фыркнул тот, снабдив ответ насмешливым взглядом.
Он был явно прилично пьян, но, судя по координации, - на ногах стоять был вполне способен.
- Замечательно, - проговорил Стив, с трудом избежав брезгливости во взгляде.
Не нравился ему этот сержант, ох как не нравился. Не будь он собой, уже давно бы навалял - уже просто за то, что лицом не вышел.
- Не обращай внимания, - Блит опустил руку на плечо Роджерса, мягко улыбнувшись. - Не забывай о том, кто ты. А о том, кто он, он вспомнит только завтра, - Адам смерил британца сдержанным взглядом и тут же посмотрел на Стива совершенно другим - теплым и внимательным.
Британец сфокусировал взгляд сначала на Капитане, потом на его спутнике.
- А Баки куда делся?..
Стив сделал глубокий вдох, посмотрел на Блита и, получив от него дозу спокойствия и терпения, обратился к Райяну:
- Спать пошел. В чем дело? - он старался не выглядеть агрессивно, не грубить - в конце концов, пьян из них был всего один, а не оба.
- Да ничего, - пожал плечами Райан, отвлекшись ненадолго на свой стакан, - Поговорить хотел. Наедине.
- Не знаю, что вы не поделили, - сказал Стив. - Но оставь это в прошлом.
- Мы все поделили, Кэп, - рассмеялся британский сержант, - А вот ты, походу, слепой. Ну да ладно, - он соскользнул с высокого барного стула, замер ненадолго перед Роджерсом, глядя далеко не самым трезвым взглядом ему прямо в глаза, благо, рост позволял, по-панибратски хлопнул по плечу и почти дружелюбно добавил, - Ты все равно его потеряешь. Потому что слепой. И дурак, - подумав, добавил он.
Это что еще за заявление? Обвинений в свой адрес Роджерс даже не услышал. Услышал одно - "потеряешь". Сейчас в это верилось с трудом, но... ситуация напрягала. Стив перехватил руку сержанта, крепко сцепив на ней пальцы.
- Потеряю? - он прищурился. - Ты что такое говоришь?
Адам тут же поспешил на помощь солдату.
- Отпусти его. Пускай идет, куда шел.
Но Роджерс его словно не слышал и продолжал сжимать железную хватку на руке сержанта, глядя ему в глаза.
- То, к чему следовало бы прислушаться, - Райян дернул рукой в попытке вырвать запястье из хватки Капитана, слишком крепкой для его сил, подточенных выпивкой, - Что, Капитан, правда собираешься ударить меня? Пф. Вперед. Давай, - британец приподнял голову, будто бы подставляясь под удар.
Стив вздохнул и отпустил его руку, хмуро глядя глаза в глаза.
- И не собирался. Хочешь сказать, что знаешь Баки лучше меня? Так вот, это мой друг с детства, и я достаточно хорошо его знаю. Получше твоего.
О'Райли сделал шаг назад, потом еще один. Тонкие губы его кривила неприятная, но и невеселая какая-то усмешка.
- Тогда что ж очевидного не замечаешь?.. Не думаю, что ты его вообще когда-либо по-настоящему знал, кэп. 
Райян сделал еще пару шагов спиной, а потом развернулся и направился к одному из столиков, занятых солдатами в форме британских ВВС.
Роджерс посмотрел на Блита, а тот лишь пожал плечами, мол, я-то тем более ничего не понимаю.
- Что за ерунда вообще творится? Баки что-то скрывает, а этот... Райян это только подтверждает. Как такое вообще возможно?
- Ты не подумал о том, что если Баки тебе о чем-то не рассказал, значит, так надо? Видимо, это то, что тебе знать не стоит.
- Но я должен знать. Понимаешь, должен.
Не потому что любопытный. И не потому что хочет лезть в какие-то личные дела Барнса. А просто потому, что не мог позволить кому-либо знать о Баки больше, чем он сам. Опять дурацкая ревность, но в новом формате.
- Ты можешь потерять друга, - тихо проговорил Адам, и в его широких зрачках виднелось что-то вроде сопереживания. - Но ты же всегда можешь его просто спросить.
- Да ничего он не расскажет, - махнул рукой Стив, чуть не задев бокал.
- Смотря как спросить, - доброжелательно, но устало улыбнулся Адам.

Стив вернулся в казарму и зашел в комнату, которую выделили ему и его команде. Никого, кроме Баки, - остальные еще гуляли в кабаке, да и вряд ли скоро объявятся. Пробравшись в темноте к кровати Джеймса, Стив увидел, что он еще не спит. Роджерс медленно опустился на постель рядом с ним. Вздохнув, он сказал:
- По дороге сюда я встретился с Райяном, - прикрыв глаза, он озвучивал отрепетированные по пути домой фразы. - Он мне много чего рассказал. Жалко, что ты сам промолчал.
Роджерс опустил ладонь на руку Баки и улыбнулся, хотя в темноте вряд ли можно было увидеть его улыбку.
- Я только понять не могу, почему ты от меня все скрывал. Я бы понял.

0

58

Спать. Смеетесь? Баки добросовестно выполнил все необходимые ритуалы - душ, бритье, даже форму снял, забираясь под одеяло, в кои-то веки, а не падая поверх него в чем был и как был. Но спать... да. Смеетесь.
Ожидание казалось вечностью, хотя входная дверь хлопнула меньше, чем через час.
Уханье собственного сердца - в груди, эхом - в висках. Баки приподнялся на локте, вглядываясь в силуэт Стива.
- Что он тебе рассказал? - голос не повиновался ему и фраза вышла сиплой, сдавленной.
- То, что заставило меня поверить в то, что я действительно слеп и многого о тебе не знаю, - пожал плечами Стив. - Пригрозил мне, что потеряю тебя. Потому я и здесь. Чтобы не потерять.
Баки показалось, что сейчас все взорвется. Башка, сердце, долбанный мир. Это все не помещалось в понимание, это было ирреально, это... Невозможно же, да что вообще творится-то, а?!
Он сел на постели, устроил локти на согнутых коленях.
- Если ты... Если ты пришел с этим ко мне и не... Не отталкиваешь, то и не потеряешь, - рука, протянутая в пустоту, темноту, надежду встретить тепло ладони, вместо холодного воздуха, - потому что я-то точно тебя потерять не хочу, - в коротком и нервном смешке Баки слышался судорожный полу-вдох полу-всхлип.
Стив сжал ладонь Баки в своих ладонях. В обеих сразу.
- Потому и молчал? Сомневался во мне?
Нет, невозможно. Просто не-воз-мож-но. Но принять получается.
...да хоть чашу с ядом из этих рук.
- Да ладно, согласись, это не то, о чем можно рассказать так просто "кстати", - смех у Баки был все еще нервным, почти истерическим, но тихим. Он потянул руку на себя, притягивая и ладони Стива, ткнулся в них горячим лбом, выдохнул, будто - не ладони, а холодное полотенце на раскалывающуюся голову, - Ты просто... Я не хотел, чтобы ты... Знаешь, страх потерять тебя сильнее, чем... Чем всё. - он путался в словах, в мыслях, да и в желаниях тоже путался. Как будто под рождественской елочкой вместо игрушечного пони - живой единорог. А ты ни разу не был хорошим мальчиком. И радостно, и не верится.
- Ты же просто... Очень. Ну. Правильный. Вот я и думал, что лучше тебе не говорить. Думал, тебе так будет проще. Прости, - выдохнул он, - Прости, что не поверил в тебя.
Стив взволнованно выдохнул, будто эхом.
- Больше никаких секретов, ладно?
Баки отстранился, но рук Стива не выпустил. Даже в темноте ощущалось, как он напрягся. Больше никаких секретов? Они вообще об одном и том же говорят?
- А дальше - что? - Барнс задержал дыхание.
- Это я тебя хотел спросить,  что дальше, - улыбку Стива он услышал, не увидел, - Но не буду.
- Почему? - Баки, сам того не замечая, сжимал пальцы друга в ладони слишком крепко.
Он будто бы снова тонул - все чувства били тревогу - "что-то не так, ты спишь, чувак, проснись!", но поверить сначала в то, что все хорошо, а теперь - что нет, было бы слишком.
Ну, дай мне хоть слово, хоть пол-слова, хоть намек, что не просто принимаешь таким, какой есть!..
- Потому что боюсь, - будто бы услышав его мысли, Стив нервно сглотнул и, вытащив ладонь, осторожно провел ею по волосам Баки. - Боюсь знать больше, чем знаю, и загадывать наперед.
И на этом простом и бесхитростном движении - всё. Сердце пропустило удар, второй, зашлось еще пуще прежнего. Окружающая реальность - чёрт с ней, война, не война, и с ней тоже чёрт. Да чёрт с ними со всеми. Ну и дураки же оба. Баки дернулся вперед, обнял - крепко, слишком крепко, ткнулся лицом в шею, выдохнул рвано.
- Ты... Ну зачем, ну откуда ты такой, а.
А ведь, с-собака, потихоньку, помаленьку, капало. Накапливалось. Тощий шкет, слишком глупый, чтобы избегать драки - да, было дело, и Баки за всеми своими на смешками забывал упомянуть, что восхищался идиотическим и самоубийственным этим упрямством. Если один раз побежишь - всю жизнь потом бегать будешь. Так, кажется, он говорил. Да не кажется. Точно так. Въелось в память. И все эти походы по военкоматам... Нет, раньше, много раньше Стив стал частью жизни, частью самого Баки, да так, что без крови уже не оторвать. А потом все изменилось, но осталось прежним, но изменилось, и все вдруг стало слишком сложно, страшно, непонятно.
Жарко.
Чёрт.
- Я тоже боюсь, - признался Баки куда-то в шею друга, вдыхая запах мыла, крема для бритья и невозможных здесь яблок в карамели.
Ну хорошо. Капитан способен первым лезть в самое горячее пекло, но едва ли сам может пригласить кого-то на танцы. Он провел ладонью по коротким волосам Стива  и, снова задержав дыхание, коснулся губами самого края мягких губ.
...вот вам и маленький, локальный, апокалипсис, после которого уже ничего не страшно. Хоть с петардой на Красного Черепа.
Стив сжал в своих ладонях плечи Баки и замер, словно решая для себя, оттолкнуть его или, наоборот, прижать к себе. Напряженно выдохнув, он поймал  в темноте губы Баки и просто коснулся их своими, как будто примеряясь к чему-то новому. Через пару секунд он отстранился, выпустив и так полумертвого от переизбытка эмоций Джеймса из своих рук, и очень вовремя: сперва послышались шаги, а потом открылась дверь.
- Опять эти двое никак наговориться не могут! - усмехнулся Гейб, пропуская вперед Тима.
Никогда Баки не был так близок к убийству невинных.

0

59

- Что он тебе рассказал?
Это был тот вопрос, к которому с самого начала его готовил Адам. Не лгать, но и не говорить лишнего. Использовать только те слова, которые действительно были сказаны, чтобы ответ не прозвучал как ложь.
- То, что заставило меня поверить в то, что я действительно слеп и многого о тебе не знаю, - пожал плечами Стив. - Пригрозил мне, что потеряю тебя. Потому я и здесь. Чтобы не потерять.
Искренне? Да, вполне. Оставалось надеяться на то, что уточняющих вопросов Баки задавать не станет, потому что из них выкручиваться было бы сложнее. Но нет, этого было достаточно, чтобы Джеймс поверил. Похоже, дело было и правда очень серьезное.
Джеймс протянул ему руку, и Стив, не промедлив ни секунды, заключил ее в свои ладони. Вопросов становилось все больше. Почему он должен был его отталкивать? За что?.. Баки сказал, что не хочет его потерять. Стив нахмурился, уже сейчас запутавшись в происходящем, но отступать он еще не был готов.
- Потому и молчал? Сомневался во мне? - очередная попытка вытащить из Баки что-нибудь хоть немного проливающее свет на суть проблемы.
И вновь слова о страхе потерять, но ничего по сущности вопроса. Это явно было что-то, о чем обычно не рассказывают. Барнс назвал Стива "правильным", чем очень его смутил. Но теперь проблема казалась не такой страшной, как поначалу. Значит, Баки не рассказывал ему ничего, просто потому что он правильный?
- Больше никаких секретов, ладно? - спросил Стив, но тут же понял, что, кажется, ошибся с вопросом.
Баки отстранился, но рук Стива не выпустил. Даже в темноте ощущалось, как он напрягся.
- А дальше - что?
- Это я тебя хотел спросить,  что дальше, - Стив был взволнован, но его улыбка была искренней: в любом случае, он не желал Баки ничего плохого, - Но не буду.
- Почему?
Потому что теперь Стив, кажется, опасался узнать истину. Точнее, где-то на уровне интуиции он понимал, что дело касалось и его, но был ли он готов к новым сложностям? Может, не зря Райян предупреждал, а Баки опасался?
- Потому что боюсь, - Стив нервно сглотнул и, вытащив ладонь, осторожно провел ею по волосам Баки. - Боюсь знать больше, чем знаю, и загадывать наперед.
Это был сигнал для Баки: молчи, не говори ничего, ничего не рассказывай. Лучше дозировать информацию и эмоции. А сейчас этих самых эмоций было слишком много, чтобы Баки мог верно сформулировать свои мысли, а Стив - воспринять что-либо из сказанного.
И Баки, казалось, почувствовал волнение Роджерса. Он прижал его к себе, настолько крепко, что Стив резко выдохнул, но, закрыв глаза, он ощутил частое биение сердца Баки, его тяжелое дыхание, и теперь стало понятно, как много для него значило то, что Роджерс его понимал и принимал. Стив убедил себя в том, что больше не будет расспрашивать Баки, а просто примет все как данность. Главное, что теперь все в порядке, и этот британский сержант не будет иметь на Джеймса такого неприятного влияния.
- Я тоже боюсь, - проговорил Баки, заставив Стива напрячься.
Легкое движение ладони по волосам Роджерса. Что это? Мурашки по коже? Стив сощурился, надеясь в темноте разглядеть хотя бы очертания лица Баки и понять, что же творилось в его голове. А потом был короткий поцелуй. Роджерс сжал пальцы на плечах Баки, пытаясь понять, что же ему стоит сделать сейчас: оттащить его от себя и попросить больше так не делать или, наоборот, прижать ближе и... распробовать, что ли. Решение было принято почти сразу. Стив взволнованно выдохнул и, чуть наклонив голову, прижался своими губами к губам Баки, прицениваясь к своим ощущениям.
Может быть, если бы Барнс был с двухдневной щетиной, а на улице стоял день, то Роджерс бы вряд ли себе такое позволил. Но сейчас это не казалось ничем ужасным. Тем более что теперь ожили воспоминания о тех коротких днях, когда Стив позволял себе думать, что подобное возможно.
Стоило Роджерсу отстраниться и дать им обоим немного прийти в себя, как распахнулась дверь, и в комнату вошли Гейб с Тимом, как всегда, шутя по поводу их с Баки любви к общению наедине. Хорошо, что было темно, иначе румянец на щеках Стива и смущенный взгляд выдали бы его и его чувства.
- Ладно, парни, отбой. Завтра будет хороший день.
Чуть сжав ладонь Баки в своей руке, Роджерс перебрался к себе на кровать. Сейчас все произошедшее казалось сном, но каким-то особенным сном. Но разбираться во всем он будет уже завтра. Повесив одежду на изголовье кровати, Стив забрался под одеяло, провел пальцами по своим губам, растянутым в какой-то шальной улыбке, и, что удивительно, сразу же заснул.

0

60

Стив уснул почти сразу, а Баки не спалось еще долго. Он лежал на кровати, всматриваясь в потолок и прислушиваясь к дыханию команды. И капитана.
Было ощущение, уже почти забытое, что он пьян. Разве что "вертолетов" перед глазами не хватало, стоило смежить веки. Что это было? Что будет дальше? Чего ждать от Стива, который все же изменился гораздо больше, чем можно было бы предположить? Отдавал ли Стив себе отчет в своих действиях? И как далеко готов зайти - и как далеко готов зайти сам Баки, и не стоило ли оставить все как есть - шатко, хрупко, но - нормально?
Вопросов был целый ворох, и ответов на них Баки не находил.

Вместо ожидаемого морального похмелья наутро пришло хорошее настроение и даже уверенность в том, что день будет хорошим. Стив улыбался ему. Как раньше - и все-таки в этой улыбке чудилось что-то новое, вопрос только в том, было ли оно там на самом деле или Баки просто принимал желаемое за действительное.
Остаться наедине он и хотел, и боялся одновременно, но повода и не предоставилось: после утренней разминки, завтрака и тренировки, аккурат перед обедом нарисовался летучий Голландец Филлипс.
Его явление обычно было сопряжено с миссиями и этот случай исключением не стал. "Ревущих коммандос" отправляли в горы - в одном из дотов окопался небольшой отряд врага, вооруженный парой волшебных пушек от ГИДРЫ. Проблема номер раз - дот над дорогой и все грузы и войска, идущие через перевал, подвергались обстрелу. Проблема номер два - дот высоко в горах и построен на совесть - подорвать можно разве что очень мощной бомбой... да и то - сойдет лавина, хрен нам и союзникам, а не дорога.
Так что задача - пробраться мимо пушек, зайти в дот и добить недобитков. По данным воздушной разведки их там никак не больше десяти, но местоположение дота и его укрепления позволяют успешно оборонятся. Однако, конечно же, Капитан Америка и его команда справятся с этой задачей.
По этому поводу в часть приехали журналисты и несколько часов снимали, как "Ревущие коммандос" чистят оружие, готовят снаряжение и рассматривают карту на капоте генеральской машины.

А теперь Баки стоял у подножия горы, на которую им предстояло зайти с обратной стороны, чтобы незаметно проникнуть в бункер. Австрийские горы были покрыты снегом почти круглый год, а сейчас, в ноябре, снег сыпался еще и с неба, ранний, мелкий, колкий.
Наконец-то их провожатые уехали, а для группы уже, кажется, стало привычным, что Кэп и Баки вечно рядом и в некоем подобии тактильного контакта, так что можно было, не смущаясь, толкнуться плечом в плечо, что Баки и сделал.
- Что думаешь? - спросил он у друга, не уточняя, что имеет в виду. Миссию? Вчерашний вечер-ночь?

0

61

Поднявшись ни свет ни заря, Стив поспешно оделся и бросил взгляд на Баки, но так и не смог его отвести. Он разглядывал черты лица Джеймса, пытаясь понять, не приснилось ли ему все то, что произошло ночью. Было слишком мало света, слишком много эмоций, слишком много всего непонятного - и потому сложно было поверить, что все происходило наяву. Проведя пальцами по губам, Стив попытался восстановить то странное, но приятное ощущение, но оно было настолько мимолетным, что не отпечаталось в памяти.
С самого построения и до завтрака они с Баки практически не пересекались, только время от времени встречались взглядами. Стив одаривал его своей улыбкой и продолжал заниматься своими делами, как ни в чем не бывало. И это казалось лучшим решением в ситуации, когда ничего не ясно.
О том, что же именно знал британский сержант, Роджерсу знать уже не хотелось. Было очень странно, что Баки чуть ли не первому встречному рассказал о своем отношении к Стиву - как он понял, это было лишь одной частью большого секрета Баки, которым тот не хотел делиться из-за страха потерять друга. Еще более странным было то, что Роджерс никогда прежде не замечал за Баки ни двусмысленных взглядов, ни двусмысленных слов или действий. Из-за этого в реальность произошедшего верить было еще сложнее, хотя, в очередной раз встречаясь взглядом с Джеймсом, Стив чувствовал, что в его взгляде что-то переменилось.
Стив решил пойти самым простым путем. Он просто сделал вид, будто ничего не было. Да и зачем нужно было напрягаться? Если с отношением Баки к Роджерсу все было более-менее понятно, то сам Стив еще не понимал, что испытывал по отношению к Баки и на что он был готов при этом пойти. Адам ведь предупреждал, что Роджерс может потерять друга, но кто же знал, что таким образом? Убедив себя в том, что сейчас не время для выяснения отношений, Капитан принял решение подумать об этом тогда, когда для него война окончится, что в контексте разворачивавшихся на фронте событий приближалось, скорее, к "никогда".
В глубине души, в тех местах, где кроются самые темные мысли, Роджерс чувствовал, что своим поцелуем он словно поставил печать на Баки, приравняв его к чуть ли не своей собственности. Никогда прежде не имевший ничего своего, Стив был доволен, что теперь ему точно не нужно будет ни с кем делить Баки - по крайней мере, в ближайшее время.

Новая миссия оказалась ничуть не легче предыдущих, и Стив скептически взирал снизу вверх, чуть щурясь от падавшего на лицо снега. Прикосновение Баки заставило Роджерса повернуть голову в его сторону, но вопрос, к счастью, был явно не про произошедшее, хотя Стиву померещилась в нем некая двусмысленность. Но вряд ли Барнс в ближайшее время станет задавать вопросы на тему минувшей ночи: сейчас, среди других членов команды, при дневном свете, Джеймс даже не заикнется об этом, и Стив это уже понял и готов был этим пользоваться как можно дольше. Роджерс в задумчивости поднял взгляд к вершине горы.
- Мне кажется, будет нелегко, но мы справимся, - ответил Стив, но, тут же поняв двусмысленность ответа, добавил с улыбкой: - В Нью-Йорке не было возможности альпинизмом заняться, а тут, смотри-ка, каждый день что-то новенькое.
Почему-то и эти слова показались Роджерсу весьма двусмысленным заявлением. Оставалось надеяться, что Баки все же поймет все буквально.

+1

62

Баки заулыбался в ответ. Он услышал то, что хотел услышать, и воспринял эти слова как подтверждение - да, помню, да, принимаю, да, все будет хорошо, мы справимся со всем.
В это все по-прежнему сложно было поверить, но сейчас, вдыхая морозный горный воздух, он, пожалуй, позволил себе эту веру.
- Справимся, Кэп, - сержант подмигнул ему, сглаживая официальное "Кэп". Устремил взгляд на укрытый снегом пик, который им предстояло взять.
Воевать не хотелось. Но был ли выбор?

...они не справились.
То есть, конечно, что посчитать за "справились". Баки считал, что "справились" - это чистая и быстрая миссия без потерь и серьезных ранений, а в этот раз не вышло. Гейб получил несколько пуль в живот и грудь, транспортировка была бы невозможна, а первой медицинской явно было бы недостаточно, но в лаборатории, которая обнаружилась под наземной частью дота, один из ученых на плохом английском заверещал, что окажет помощь раненому, если ему оставят жизнь.
И по полному мрачной решимости взгляду Тима все поняли, что немецкого медика к Гейбу допустить придется.
Контроль над операцией перенял Тим, ассистировать пришлось Джиму.
Находиться в сильно пахнущей медикаментами и озоном лаборатории Баки не мог. Глядя на эти лампы, бесконечные колбы на подставках и стол с ремнями, он не мог не вспоминать о том, как был в плену сам, а эти воспоминания едва ли можно было назвать приятными. 
Баки сухо сглотнул, оглядываясь с выражением почти затравленного зверя, и глубже в комнату заходить не стал. Нет уж, хватит опытов и уколов.
Операция явно обещала затянуться. Несколько пуль вытащить - это вам не забор покрасить.
- Эй, Кэп, раз тут все под контролем, может, пройдемся по базе? - тихо предложил Баки другу, подозрительно косясь на готовящего Гейба к операции немца,  - Может, тут найдется пара-тройка интересностей для полковника. Не хочу здесь торчать. Жутко. - уже тише добавил он.

+1

63

Стив посмотрел на Баки, широко раскрыв глаза, будто бы не расслышал его слов. Но нет, он все слышал, только очень надеялся, что это не окажется очередным "нам надо поговорить". Помешкав ару секунд, он все-таки кивнул, согласившись на предложение Джеймса.
- Тим, ты за главного. Мы посмотрим, что здесь есть полезного.
Получив в ответ молчаливый кивок, он развернулся, легко хлопнул Баки по плечу, тем самым призывая его пойти следом, и вышел в коридор.
- Мне кажется, после перестрелки здесь мало что осталось в целости. Но и правда стоит проверить.
И ступор. На эту тему долго не поговоришь, а сейчас лучше всего говорить на отвлеченные темы. Так ведь проще, легче. Перебрав в мыслях с десяток тем, Роджерс остановился на одной.
- Надеюсь, с Гейбом все будет в порядке. Хотя ученым Гидры доверять вряд ли стоит.
- Поэтому за ним и следит целых пять человек, - согласился Баки, следуя за Капитаном по темным коридорам бункера.
Внутри он оказался значительно больше, чем снаружи. Тусклые лампы под потолком потрескивали, видимо, генератор начинал сбоить.
- Смотри, - Баки коснулся плеча Стива, указывая ему на одну из красных аварийных ламп над дверью, - Тут скоро может свет вырубить. Надо найти генератор, иначе рискуем остаться без света. Хер бы с ним, но операцию в темноте не проведешь.
Стив вздохнул, поднимая взгляд.
- И правда. Только я на иллюстратора учился, а не на электромонтера. Генератор мы, может, и отыщем, а вот что с ним дальше делать... - он оглянулся на Баки, задержав взгляд чуть дольше, чем положено в таком случае. - Ладно, не будем терять времени.
- Эх ты, интеллигенция! - рассмеялся Баки, мягко оттесняя друга плечом и выдвигаясь вперед, не забывая, впрочем, держать оружие наизготове, - Твое счастье, что рядом с тобой представитель трудового пролетариата, как говорят русские. Смотри, провода под потолком. Уходят к двери и от двери вниз, значит, тут есть еще один ярус. Надеюсь, чисто технический...
Вход на нижний ярус скрывался за люком в полу. Баки передвинул ПП за спину и взялся за круглую ручку.
- На кого ставишь: солдаты ГИДРы или их жуткие мутанты? - он сверкнул улыбкой, будто бы что одно, что другое для него было всего лишь выбором фильма в кинотеатре и откинул крышку люка.
- Какие еще мутанты?.. - спросил Стив удивленно, остановившись чуть поодаль. - Я вперед пойду, ты следом.
Возражений не принималось, и Роджерс подошел ближе к люку.
- А, видели одного, - отмахнулся Джеймс. - Когда тебя по башке стукнули. Выше двух метров, весь в железе, сильный охуенно, но тупой, как дуб.
Усмехнувшись словам Барнса, Капитан спустился вниз и огляделся.
- Здесь даже крысы не обитают, похоже, - проговорил он, ожидая, пока Баки спустится следом.
Комната была пустой - крысам здесь действительно поживиться не было чем. Генератора видно не было, но впереди виднелась еще одна дверь - круглая, как на подлодке, и над ней в стену уходили толстые провода.
- Кажется, нам туда, - Баки снова передвинул оружие, еще не целясь, но готовясь.
- Ну, давай рискнем, - пожал плечами Стив, подходя к двери и давая Баки встать рядом на случай, если придется отстреливаться. - Надеюсь, на этот раз я обойдусь без сотрясения.
Опустив рукоять, он резко потянул на себя дверь.
За дверью была генераторная. Пустая. Многочисленные провода спускались к генератору, но на чем он работал оставалось вопросом - Баки обошел и едва ли не обнюхал его со всех сторон, но, видимо, так и не понял, куда заливать бензин, керосин или спирт или что это за светящаяся голубая хрень на донышке колбы?
- Не знаю, на сколько этой херни хватит, - досадливо цокнув языком, Баки выпрямился и покачал головой, - Будем держать пальцы, что до конца операции Гейба. Погоди-ка...
Баки метнулся к двери и распахнул ее, и вела она прямо на улицу. Роджерс с досадой посмотрел наружу, пожалев, что об этом пути они не знали. Может, удалось бы избежать жертв.
- Ух.. - выдохнул Баки, но, вместо того, чтобы закрыть дверь, он решил выйти и осмотреться, - Давай глянем, - предложил он Стиву.
Первой на глаза им попалась перевернутая тележка, очевидно, именно её и возили по рельсам, которые обнаружил Баки. Сразу за тележкой лежало что-то, что сначала можно было принять за часть свиной туши.
Баки сделал несколько осторожных шагов вниз по склону, но тут же замер. Подоспевший к нему Роджерс понял, в чем была причина.
У тележки лежало тело. Точнее то, что некогда было телом. Руки и ноги молодого мужчины были ампутированы до локтей и колен, культи были покрыты уродливыми наростами и язвами, а вместо лица был какой-то... пузырь, где только намечались отверстия для глаз, рта и носа.
- Б-же, - глухо пробормотал Баки, - Сколько же их тут?
- Интересно, это они над чужими так поиздевались или над своими? - безразличным тоном проговорил Капитан, разглядывая тело. - Как только они подлатают Гейба, я без зазрения совести их перестреляю.
Пожалуй, такие слова мог произнести только Капитан Америка, но никак не Стив Роджерс. Похоже, сыворотка Эрскина была не настолько совершенной, и у Стива был шанс превратиться в очередного Шмидта, только без красной кожи.
- Я думаю точно о том же, - ответил Баки, - Пристрелить сразу после.
Вздохнув, Роджерс коснулся плеча Баки и заговорил уже другим тоном, стараясь настроить себя на другой лад.
- Если топливо на исходе, то наверняка есть резервный источник? - понимая свою неосводомленность в вопросе энергообеспечения, он пытался хотя бы просто логически мыслить. - Ну или еще один такой... эээ, сосуд. Либо мы накрыли их прямо перед переездом.
Стив почесал затылок. В его голове это звучало вроде бы логично, но тут уж как Баки рассудит.
- Что ты там высматриваешь? - поинтересовался Роджерс, глядя на друга и стараясь не смотреть под ноги.
- Думаю, что если бы ты тогда не успел, я мог бы лежать в похожем могильнике, - Баки бросил длинный и задумчивый взгляд на Роджерса, мотнул головой, снова осматривая кладбище непогребенных, - Я плохо помню. Они какой-то эксперимент готовили, - он затер переносицу, зажмурился, - Не помню. Кололи что-то, - он повел плечом - казалось, от холода.
Стив встал рядом с ним, плечом к плечу. Хотелось обнять, но... не мог. Руки дрожали, да и тело пробирала мелкая дрожь. Но Роджерс был уверен, что это вовсе не из-за того, что говорил сейчас Баки.
- Иначе и быть не могло, - сказал Стив, посмотрев на друга, и без какой-либо радости во взгляде улыбнулся.
Сложно было подобрать нужные слова, почему-то сейчас на ум не приходило ничего обнадеживающего или хотя бы приободряющего. Они почти не обсуждали все то, что произошло с Баки в плену у Гидры. Роджерс был уверен, что Джеймсу не захочется об этом говорить, и просто ждал, когда тот сам созреет и все ему расскажет. Сомнения некоторых офицеров относительно того, почему объектом экспериментов выбрали именно Баки, Стив не воспринимал всерьез, будучи уверенным в своем друге и в том, что тот никогда не действовал вопреки совести.
- Что еще ты помнишь? - спросил он негромко, укладывая ладонь на плечо Джеймса..
Может быть, сейчас было то самое время, когда можно было рассказать обо всем, что пришлось пережить в плену? В конце концов, это было куда важнее, чем выяснение отношений по результатам минувшей ночи, в реальность событий которой уже не верилось совсем.

+1

64

- Мало что, - повторил Баки, чуть вздрогнув от волны теплой дрожи, прошедшейся по позвоночнику, когда  широкая ладонь опустилась на плечо.
Теперь все воспринималось слегка не так, как раньше. Будто бы весь мир сместился на полтора градуса, а сам Баки - нет, и надо было догнать этот мир, или себя, или он еще не понял.
- Больше ощущения. Такое. Не важно. - он мотнул головой, вдруг развернулся лицом к Стиву и обнял его - крепко, прижимая к себе за талию и шею, утыкаясь лицом в плечо. Не так, как раньше. Как-то... иначе. Особенно.
Ему хотелось сказать многое. "Я рад, что ты пришел". "Я рад, что ты есть в моей жизни". "Я рад что ты мой друг". Все оно звучало - одновременно - как признание и как фальшивка. Потому Баки просто молчал, и надеялся, что Стив сам все понимает.
Роджерс от объятия резко выпрямился, словно на построении, и в каждом его мускуле ощущалось напряжение. Пара секунд неопределенности - и, выдохнув без облегчения, он аккуратно опустил ладони на спину Баки.
- Ты знаешь, что если захочешь рассказать, как все было, я всегда готов тебя выслушать, - Стив замолчал, но вскоре предложил: - Может, пойдем отсюда? Не хочу, чтобы ты переживал из-за... этого.
- Спасибо, - отозвался Баки как-то безразлично. Ему не хотелось об этом ни вспоминать, ни говорить. Хотелось... ну вот сейчас тоже сойдет, да.
- Тут хотя бы воздух свежий, - пробормотал он, не разжимая объятий, - Давай еще побудем здесь.
До него начинало доходить - медленно, но верно, а еще, пожалуй, потом будет больно. Но пока Джеймс не хотел об этом думать. Он хотел еще немного побыть в заблуждении. Позволить себе думать, что... а, ладно.
Склонив голову, Роджерс прижал теплую щеку к уху Баки.
- Как скажешь, - проговорил Стив и, выдержав неловкую паузу, добавил: - Тебе не кажется, что каждый раз, когда мы остаемся наедине, всегда все оканчивается объятиями? - грудь дрогнула от немного нервного смеха.
- А это плохо? -  отозвался Баки, проводя рукой по спине Стива. Вполне дружеский жест, почему нет.
- Н-нет, не думаю, - от смеха не осталось и следа. - Просто это кажется мне забавным, - только выглядел и говорил он так, словно ему вовсе не было забавно на самом деле.
Роджерс перенес руку на плечо Джеймса, вцепившись в него пальцами, словно для того, чтобы удержать его от дальнейшего приближения к себе.
- Баки, пожалуйста... - тихо и как-то жалобно проговорил он. - Пойдем отсюда. У нас ведь... задание. Гейб...
Баки чуть отстранился, убирая руку с плеча друга, но оставляя -  на талии, уложил раскрытую ладонь напротив чужого серда - чуть левее звезды на груди. Поднял взгляд - необычно серьезный, пристальный, цепкий. Некоторое время он молча смотрел на Стива, а потом просто убрал руки и отступил.
Ему самому казалось, что понял всё. Это "всё" превышало возможности болевого порога, поэтому не ощущал он ничего, кроме засевшей под сердцем иглы. Тупая, ноющая боль.
К черту.
- Да. Конечно. Пойдем, - с голосе никаких эмоций не было, равно как и на лице. Баки поправил ремень "Томпсона" на плече и первым направился обратно в сторону бункера.

Отредактировано Bucky Barnes (26.07.2014 19:17:12)

+1

65

А это уже было больно. И нет бы перехватить ладонь Баки, сжать ее в своей руке и прижать к груди - Стив просто позволил ему отступить на шаг и отнять руку. Показалось, что этим движением он полоснул Роджерса по сердцу, как острым ножом. Стив сокрушенно опустил голову, стоило Баки развернуться и направиться ко входу. В его глазах Роджерс увидел разочарование, но он надеялся, что ему просто показалось.
А может, и хорошо, что все так вышло. Что делать с этими отношениями, Стив не знал. Да чего греха таить, он вообще не знал, что делать с отношениями как таковыми: их у него никогда и не было. Все, что у него было, - это дружба с Баки, но и та теперь находилась под вопросом. Стиву было страшно осознавать, что из-за своего бездействия он может лишиться единственного и лучшего друга.
Последовав за Баки, Роджерс вошел в помещение и прикрыл за собой дверь.
- У них же была здесь какая-то связь с внешним миром? Может, найдем радиостанцию и попросим забрать нас с воздуха? Заодно и медика с собой возьмут.
Поиски нужного помещения надолго не затянулись. Как и предполагал Баки, этот ярус был техническим, и все необходимое для функционирования лаборатории находилось здесь. Выглядело это помещение как небольшой кабинет. Стол, радиостанция на нем, ветхий стул и слабо светившая лампа.
Пропустив Баки вперед, Стив остался у двери, наблюдая, как тот снимает с плеча оружие и прислоняет его к столу, затем сосредоточенно настраивает частоту, а потом уже передает сообщение с их координатами. Когда Джеймс завершил переговоры и отключил связь, Роджерс подошел к нему и, опустив подбородок на его плечо, сцепил пальцы у него на животе. Вздохнув, он сказал:
- И все-таки нам надо поговорить.
Даже эти слова было сложно произнести, а что дальше будет, Стив не имел ни малейшего представления. Но потерять Баки - не в бою, не от болезни, не из-за несчастного случая, а просто из-за страха и недопонимания - Роджерс не мог.

+1

66

Баки замер, ощущая, как подгибаются колени и волна жара проходит по всему телу, даже вдохнуть забыл - несколько секунд стоял, вытянутый в струнку, а потом выдохнул, накрыл руки Стива ладонью. Поворачиваться он не хотел - а вдруг это все закончится, развеется, окажется галлюцинацией?
- Надо, - эхом выдохнул Джеймс, - Давай. Говорить. - А вот слова-то как раз не очень хорошо давались, сквозь кружащуюся-то голову и категорическую нехватку воздуха. И не в вентиляции тут дело, совсем не в ней.
Стив замешкался, явно не зная, с чего начать, но, собравшись, наконец, с силами, проговорил:
- Мне нужно признаться тебе... Этот британский солдат ничего не рассказывал, - Роджерс прижал Баки к себе чуть крепче, словно боясь, что от его слов тот вырвется из объятия. - Точнее, да, он мне сказал, что я ничего не понимаю и что в конце концов потеряю тебя. Но ничего больше, - взволнованно выдохнув, он замолчал и продолжил после напряженной паузы: - Он явно тебя задевал своими словами, и я... подумал, что проще будет, если скажу, что я в курсе. Но я по-прежнему мало что понимаю. И, кажется, и правда рискую тебя потерять.
- Да не столько в британце дело... - качнул головой Баки.
В нем, конечно, тоже. Выходит, Стив не знал, что связывает его лучшего друга и британца - у Баки отлегло от сердца, но он понимал, что рано или поздно все тайное становится явным.
...надо повернуться, повернуться, в лицо посмотреть, черт, для этого надо выпутаться из кольца рук, а кто знает, может этот подарок первый и последний?
Взрослый блин, мужик, двадцати трех лет от роду, а ведет себя как выпускница! Это разве Роджерс тут дока по тому, как люди трахают друг другу мозги и зовут это отношениями? Нет, Роджерс вообще социально не адаптирован, надо в свои руки все брать, как раньше, а не хныкать, что... Не хныкать, короче.
Баки вздохнул и развернулся лицом к Стиву, сцепил правую ладонь на выемке между плечом и шеей. Улыбнулся, хоть и без обычной своей беспечности.
- Стив. Забей на британца. Это сейчас не важно. Скажи мне ты, - он сделал акцент на слове "ты", глядя в глаза друга и сжимая пальцы чуть сильнее, - Кто я для тебя? Только друг или... Не только?
Да, было страшно, неловко, нервно. Но лучше так, чем продолжать мучаться от неопределенности и неизвестности, между надеждой и полной ее отсутствием. Это выматывало все нервы. Да, конечно, война идет, но... когда? Когда, если не сейчас, когда жизнь может оборваться в любой момент, когда, если не сейчас хватать её, чувствовать каждый момент, ощущать вкус?
Стив растерянно посмотрел на Баки, жалобно приподняв брови. Он расцепил пальцы за спиной Джеймса, но не выпустил его из своих рук.
- Не знаю, - покачал он головой. - Откуда мне знать? Откуда мне вообще знать, существует ли что-то, кроме дружбы?
Он, конечно же, имел в виду Пегги, с которой у него так ничего и не произошло, и явно из-за него.
Баки вздохнул. Он всегда так вздыхал, когда надо было что-то объяснять Стиву что-то, что тот не понимал. Например, о девушках.
- Давай так. Если "нет", то просто выбросишь из памяти следующие пять минут. И как будто бы их никогда не было. Сможешь?
Стив распахнул глаза, взволнованно выдохнув. Он явно не ожидал такого вопроса, а то и любых вопросов, которые были бы адресованы ему.
- Ч-что... - прикрыв глаза и мотнув головой, Роджерс нервно вжал пальцы в туловище Баки. - Подожди. А если "нет"? Что будет, если "нет"?
- Если "нет", то ничего не будет, - пожал плечами Баки, которому стоило сейчас огромных сил скрывать охватившее его волнение, - Просто забудем об этом. Смотри. Сейчас будете небольшой эксперимент. После него ты скажешь "да" или "нет". Если это будет "нет", то забудешь о нем. Это - сможешь? - он улыбнулся. Как когда спрашивал у друга, может ли тот не не влезать в драки хотя бы с теми ребятами, которые его в два раза больше.
- Наверное, да, - сказал Стив медленно, явно оттягивая момент "эксперимента". - Да, - сказал он уже более решительно. - Я готов.
Как солдат перед построением. Всегда, мать его, готов.

Сержант Джеймс Бьюкенен Барнс, вы отдаете себе отчет в своих действиях? Отвечать готовы? Перед собой, перед другом, перед нацией, черти её дери?! Вы рискуете занять лидирующее место в позиции "как проебать всё за пять минут", сержант Барнс. Осознаете?
Стоят все эти риски призрачного шанса получить...
Всё.
...пожалуй, стоят.
Несмотря на всю решимость, он все-таки волновался. Подрагивала ладонь, огладившая щеку Стива, сбилось сердце с ритма, когда он придвинулся еще ближе, смешивая дыхание - так, что даже у не слишком-то искушенного Роджерса не могло остаться сомнений в том, что собирался сделать его лучший друг. Баки замер на несколько секунд, глядя в потемневшие из-за расширенных зрачков глаза капитана, медленно прикрыл веки и подался вперед, сокращая тот жалкий дюйм между их губами. Удар сердца, еще один, и он сместил ладонь к подбородку Стива, мягко надавливая большим пальцем аккурат над ямочкой и вынуждая приоткрыть рот.
...не торопиться. Медленно. Очень медленно. Не спугнуть.
И хотя Роджерс сейчас был выше, и ощутимо массивнее, Баки казалось, что он держит в объятиях все того же щуплого парнишку, которому никто не верил, что он старше самого Барнса на целых два года, и этого парнишку надо держать бережно и осторожно - хрупкий, сломать недолго. Поэтому вот так - забыв, как дышать, прихватить губами нижнюю губу, провести языком по верхней, поймать выдох, одновременно запуская ладонь в короткие волосы на затылке, скорректировать наклон головы, прежде, чем углубить поцелуй.
Сердце будто норовило пробить грудную клетку, он "плыл", но вместе с тем отчетливо понимал - этот первый раз может быть и последним.
Один шанс из тысячи, что будет иначе.

Отредактировано Bucky Barnes (27.07.2014 04:20:03)

+1

67

Баки всегда был единственным человеком для Стива, которому он безоговорочно доверял. А сейчас он вверял в руки Барнса и их с ним дружбу. Эксперимент, значит. Опасный эксперимент, тем более что Роджерс догадывался, какой даст ответ в итоге, и вряд ли он понравился бы Джеймсу.
Сердце стучало медленно, но его стук отдавался в висках. А Баки не спешил - то ли из опасения спугнуть Стива, то ли из желания немного его помучить, подразнить. Интересно, он со всеми так проверяет дружбу? - мелькнуло в мыслях Роджерса, но, отогнав от себя эту мысль, он позволил Баки продолжить этот мучительный эксперимент. Только теперь Стив прикрыл глаза, но не затем, чтобы понять свои ощущения, а затем, чтобы просто отпустить все мысли по поводу происходящего и немного сбавить напряжение.
Если подумать, а в этот момент думать было сложно, то Стив никогда не испытывал ни к кому чувств теплее, чем к Баки. Но было ли это больше, чем дружба? А может, он просто не был способен ни на что большее? Это волнение, эта нехватка воздуха, как раньше при астме, этот глухой стук сердца о ребра - разве это описание подходит под то, что Джеймс назвал "не только"?
И, наконец, после затяжной подготовки, - поцелуй. Сейчас все ощущалось куда более реальным, чем той ночью, и поцелуй был уже настоящим, а не просто невинным прикосновением губ к губам.
Баки Барнс всегда брал то, что хотел, ему даже не приходилось напрягаться, а о последствиях он тем более не задумывался. Стив же всегда оставался где-то посередине между ним и его бывшими пассиями, которые то и дело рассказывали ему, как с Баки было хорошо, но как он с ними обошелся в итоге. И что же, Роджерс теперь встанет в один ряд с ними? От этой мысли Стиву стало не по себе, но, вместо того чтобы отстраниться, он с тихим рыком стиснул Барнса в своих объятиях, буквально вытолкнул его язык из своего рта и настойчиво и довольно грубо поцеловал его сам. Чуть отросшая щетина Джеймса слегка покалывала щеки, подбородок, губы, но это не было поводом для того, чтобы остановиться. Поводом остановиться не стало и то, что, наткнувшись на стол, они с него что-то с грохотом уронили. Роджерс сжимал Баки в объятьях вовсе не как девушек прежде, а жестче, требовательнее, как будто это было и не объятие вовсе, а борьба за доминирование, и чем больше напряжения он ощущал в теле Барнса, тем меньше было желания остановиться.
Стив резко отпрянул от Джеймса, делая, наконец, полноценный вдох и проводя большим пальцем вдоль нижней губы, словно стирая с нее ощущения от поцелуя.
- Да, - чуть переведя дыхание, ответил он на поставленный ранее вопрос и посмотрел в глаза Баки. - Сейчас, на другом конце планеты, - да. Но когда вернемся, - если вернемся. - мы пересмотрим это решение.
Сейчас он не говорил о своих чувствах к Барнсу, в которых ему еще долго нужно было разбираться. Он просто давал согласие на продолжение этого безумия, которое и пугало, и казалось дьявольски привлекательным одновременно.

+1

68

Стив Роджерс всегда удивлял его, хотя, казалось бы, давно пора привыкнуть к тому, что удивляться рядом с ним - нормально.
Баки ждал какой угодно реакции - от резкого отторжения и до залитого румянцем лица, но -  он же имел дело с Роджерсом! Что тут еще скажешь.
За главенствующую роль еще придется побороться, - запоздало осознал Баки, когда нечеловечески сильные руки стиснули его в объятиях, а поцелуй, который он так старался сделать правильно-первым стал жестким, почти злым, и... все равно чертовски возбуждающим. Вовремя Стив, все-таки, остановился и отступил на шаг.
"Да" прозвучало как вполне трезвое решение, подтверждающее это самое "да", выраженное без помощи слов. Кажется, тем же взглядом Кэп сегодня смотрел на эту самую гору.
А взгляд самого Джеймса был подернут шальной поволокой, как раньше - в танце или после нескольких порций виски, и дыхание вырывалось из чуть приоткрытых губ. Он сполз с края стола, на котором сам не понял, как очутился, поправил воротник синей куртки.
"Пересмотрим решение"?..
Он склонил голову к плечу, едва заметно щурясь и вглядываясь в глаза Стива, будто пытался мысли прочесть "правда, что ли?...". Не то усмотрел действительно что-то, не до сам додумался - дернул углом рта в улыбке, кивнул. Как вызов принял.
Хотелось повторить, и если будет также охрененно... покурить, что ли.
Но, хорошего понемногу. 
- Как пожелаешь, - пряча улыбку за кивком, ответил Баки, - Как пожелаешь, - как будто бы одного раза было мало, добавил он, проходя мимо Кэпа в сторону коридоров. И в его голосе - впрочем, это уже как обычно - могла почудиться какая-то двусмысленность.

Зашифрованное сообщение на базу Баки-то передал, но не слишком надеялся на медика на парашюте. Высшее командование вряд ли будет рисковать самолетом с экипажем и хорошим медиком ради спасения жизни чернокожего парня - пусть он и один из Коммандос. Подберут потом Кэпу нового, правильного цвета. Барнс не страдал никакими расовыми или религиозными предрассудками, но не все были столь же толерантны - это он знал наверняка.

Когда они со Стивом зашли в лабораторию, Гейбу уже накладывали швы.
- Жить будет? - спросил Баки на английском, четко разделяя слова, чтобы немец его понял.
- Да, да, - с готовностью закивал похожий на черепаху доктор, ловко продевая кривую иглу между двумя сведенными кусками кожи, - Он очень хорошо перенес операцию!
- Это хорошо, -  Он говорил абсолютно спокойно. Будто это не враг перед ним стоял.

Джеймс дождался, пока черепаший доктор снимет перчатки и очки, а его коллега отойдет на безопасное расстояние от стола с перевязанным Гейбом.
Два выстрела прозвучали с интервалом в секунду, тела же рухнули на пол почти одновременно.
- Что?.. - он опустил руку с пистолетом и обвел Коммандос совершенно невинным и ничего не понимающим взглядом, остановившимся на Стиве, который, кажется, был шокирован не меньше остальных, - Ты же сам сказал... - нахмурился, вспоминая слова капитана на обнаруженном могильнике. "Как только подлатают Гейба - без зазрения совести перестреляю...". Ну и что Баки не так сделал, называется?..

Отредактировано Bucky Barnes (27.07.2014 22:36:28)

+1

69

Стив обвел взглядом остальных, мол, а я-то что, я ничего. Посмотрел на Баки с упреком, но лишь вздохнул и не стал его отчитывать. Зачем? Что сделано, то сделано, а он и правда сам спровоцировал Баки. Хотелось бы Роджерсу взять хоть одного из этих ученых и заставить его проверить, а не осталось ли у Джеймса в крови, в мышцах или еще где-нибудь внутри той дряни, которую ему кололи. Вспоминая эти трупы на улице, Стив успокаивал себя тем, что Баки все же выглядел куда лучше, когда он вытащил его из плена. Может, все-таки это был не один из подобных экспериментов?
Транспорт подали довольно скоро, и, погрузив раненого, команда следом поднялась на борт. Роджерс был последним. Еще раз оглядевшись, он вздохнул. Впереди возвращение на базу и еще какой-то момент затишья. И, похоже, все стало чуть сложнее. Оставалось надеяться, что эти перемены никак не скажутся на выполнении заданий, ведь они по-прежнему были для Стива первостепенны.
Все время в пути Роджерс сидел рядом с Баки, но молчал. Да и такой шум, какой стоял внутри, перекричать было сложно. Только время от времени он бросал короткие взгляды в сторону Барнса, но только для того, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.
Прибыв на место ближе к вечеру, команда, приведя себя в порядок, собралась за общим столом. Гейба, к сожалению, с ними не было, но медики уверяли, что со временем он вернется в строй.
- Может, зайдем к нему после ужина? - предложил Тим.
- Да, конечно, - кивнул Стив. - Только мне надо зайти в расположение, я вас догоню.
Поужинав, все поднялись с мест. Пока остальные пошли в госпиталь, Роджерс побрел к себе, радуясь, что сейчас у него все же есть возможность еще немного побыть наедине с самим собой, после чего он обязательно присоединится к остальным. По крайней мере, это входило в его планы на вечер.
- Стив! - знакомый голос окликнул его в коридоре. - Я слышала, что одного из ваших ранили. Жить будет? Ты сам-то в порядке?
Похоже, планы придется немного скорректировать. Но не сказать, что Стив был очень расстроен. Иногда лучше занять голову чем-нибудь подобным, чтобы не размышлять о серьезных вещах.

+1

70

Капитан не ходил с ними к Гейбу.
Зря, пожалуй, Габриэль был частью команды и нуждался в поддержке не только соратников, но и того, за кем поклялся следовать до победного конца, но Баки, как хороший сержант, сумел найти слова, чтобы убедить раненного - это не Кэпу плевать, это его отчеты писать заставляют, едва ли не на трех языках - английском - для высшего командования, плохом английском - для Филлипса, и языке томных взглядов - для Пегги Картер.
Баки само поразился тому, с какой легкостью записал Пегги в предмет кэповых воздыханий. Но бардак в истинном положении вещей грел душу, как и то, что об этом бардаке никто, похоже, не догадывался. Вот пусть дальше так и будет.
Когда их выдворили из лазарета за шум и непринужденную атмосферу глумливого веселья, было принято решение направиться в казармы, где немедленно приступить к зачистке запасов местного коньяка и азартным играм. Мало кого, казалось, смущало позднее время - между заданиями у них были времена затишья, и все они уже привыкли к тому, что на рядовые задания их не посылают.
Не узнать силуэт Капитана даже в скудном освещении было невозможно.
Сердце будто споткнулось, зашлось чуть быстрее, но Баки не сделал попытки начать разговор - все равно это уже сделал за него Тим, пригласив капитана присоединиться к команде и проверить, насколько хорошо выходит блефовать в покер.
Стив отказался, сославшись на друга в госпитале.
"Приятель. Блит, значит. Не Гейб. Эх ты..." - это читалось и грустном взгляде Тима, и в мрачновато-веселом - Баки. "Устал, значит. Супер-солдат, устал, ну да, верим, охотно верим".
Баки пропустил команду вперед, и, проходя мимо Стива, коротко и мягко хлопнул того ладонью по груди, заставляя остановить шаг. 
- Да неужели?.. - насмешливо и как-то тягуче произнес он, поднимая на друга почти черные в темноте глаза и заламывая бровь, но тут же хмыкнул, разбивая деланное удивление оттенком разочарования, - Ты научился сбегать, Стив. - еще один хлопок, почти сочувственный, по плечу.
Ладно, мол, беги.

Отредактировано Bucky Barnes (27.07.2014 23:55:01)

0

71

Стиву было не по душе то, что от него почему-то ожидали соответствия каким-то навязанным стереотипам. Он и не должен был всегда находиться с остальными. У них был его представитель, Баки, который готов был и выпить, и в карты сыграть, и еще много чего сделать с ними за компанию. А Роджерс был из другого теста сделан и надеялся, что к этому уже все привыкли.
Тон Баки, насмешливый и не самый приятный, Стиву совсем не понравился, и это тотчас отразилось на его лице: брови нахмурил, губы поджал, а в глазах - полнейшая отстраненность. Но ведь не подпусти Роджерс Баки так близко, то, наверное, подобное замечание с его стороны задело бы гораздо меньше. Может, он все-таки допустил ошибку? А, впрочем, нет, они же не договаривались ни о чем, кроме... Сказав "да" на одно, Роджерс, видимо, думал, что автоматически приложится и что-нибудь еще, вроде взаимопонимания. Но, кажется, ошибался. Смерив друга холодным взглядом, Стив спросил:
- Сбегать? От чего или от кого? От визита к Гейбу? Меня Картер в расположении задержала. От шумной компании? Я никогда и не высказывал к этому интереса, - набрав в легкие воздух и вопросительно поведя бровями, Роджерс добавил: - Или от тебя? Чтобы я от тебя начал бегать, должно было что-то произойти. А ничего ведь не произошло... - он посмотрел через плечо Барнса на команду, ожидавшую его чуть поодаль, а потом вернул взгляд к глазам друга и с серьезным видом добавил: - ... пока что.
Стив с трудом узнавал себя, пока говорил все это. Особенно последнее, прозвучавшее даже в его голове как угроза. Вот сейчас он развернется - и щеки зардеются от смущения, но пока это была всего-навсего защитная реакция - тонкая и хрупкая стена, за которой можно было спрятаться ото всего, что могло причинить боль. И от слов Баки в том числе.
- Ты вроде собирался идти. Так иди. А меня тоже ждут.
Ответный хлопок по плечу. Сожаление во взгляде, граничащее с разочарованием. Но Роджерс не сомневался, что завтра все будет куда лучше. Оставалось малое - дожить до завтра и не усугубить ситуацию.

+1

72

"Я тебя жду, придурок", - чуть было не ляпнул Баки, но прикусил язык, поджал губы, глядя мрачно и хмуро.
Отмазки капитана проверки логикой - ладно, его, Баки, логикой - не выдерживали.
Что должно произойти, чтобы Стив, по его словам, начал от друга бегать? Ну вот как минимум то, что днем в бункере. 
Глупо как-то выходило - они то и дело подпускали друг друга ближе, чем положено, тут же оба шарахались и спешили спрятаться каждый за своим. Баки - за бравадой, насмешливостью и подростковыми какими-то провокациями. Стив - за правильностью "нуяжекапитанамерика", отстраненностью и "делайчтохочешьэтотвоеправо". Демократия в действии, мать ее, в лучшем американском проявлении с отрицанием очевидного.
Баки не хотел ссориться. И провоцировать, на самом деле, тоже не хотел. Само как-то выходило. Ревность, пожалуй. Да, именно она.
Стива теперь тоже ждут, и если раньше выбора у него не было, то сейчас он определенно был и вместо того, чтобы отправиться с типа лучшим другом проведать раненного члена своей команды, а потом - приятно провести время в казармах с теми, кто, вообще-то, спину твою прикрывает... Ладно, если совсем начистоту, то вместо того, чтобы сделать, как говорит Баки, он идет по собственному пути. К этому привыкнуть оказалось слишком сложно.
Джеймс, в принципе, не слишком обманывался насчет своего характера и умственных способностей. Понимал.
Сейчас, глядя на Стива... точнее, Капитана Америку, Баки понимал, что именно делает не так. И понимал, как надо вести себя, чтобы "так". Мягче стелить, больше верить, отдать лидерство - не только в поле, в бою. На самом деле стать верной тенью и подставленным в любой момент плечом. Так и только так у него есть шанс сохранить эту... дружбу.
Ну да. Дружбу. Никого больше не интересовал Стив, никто больше не мог терпеть Баки. Встретились два одиночества. А теперь рычат друг на друга половину времени и боль от нанесенных словами ран скоро может стать раздражением.
Давай, чувак, ты сможешь.
- Я тебя тоже ждал, - пожал плечами Баки, будто бы успокаиваясь и смиряясь, - Захочешь поболтать или... просто посидеть и помолчать - зови.
Он махнул рукой и побежал догонять отряд.

- Несправедливо, Бак. Тебя и карты любят, и в любви везет, - Монтгомери разочарованно спасовал повышение ставки и отложил карты.
- Не, - Баки языком перекатил зубочистку из одного угла рта в другой, не отрывая прищуренного взгляда от расклада в своих руках, - Не везет.
- Тю, - красноречиво высказал сомнение в словах сержанта Дум-Дум.
- То, что многие девушки меня любят - еще не значит, что мне везет в любви, - философски заметил Барнс, наконец отвлекся от карт, посмотрел в раскосые глаза Мориты и бросил в центр стола монету, - Поднимаю ставку.
- Да ну тебя, - ворчливо отозвался Джим, выбрасывая карты на стол, рубашкой вверх, - Не играю я с тобой.
Баки засмеялся и перевернул свои карты.
- Ах ты ж!..
- Это худший расклад, который был!
- Жак, ты это видел?!
- Я был уверен, у него флэш!
- Заметьте, я честно сказал, что не везет, всего пол-минуты назад, - все так же смеясь, Баки сгреб себе выигрыш, с чувством успешно проведенной миссии, достал из пачки сигарету и закурил.
- Боюсь спрашивать, где ты научился так блефовать, - заметил Фэлсворт.
- О, - хмыкнул сержант, выдыхая дым через нос, - Припечёт - еще и не так научишься.

Мелочь, согласно традиции, отправилась в общую банку до следующего карточного вечера, а коммандос, предварительно хорошенько растопив печку - по койкам. В домике уютно пахло горячим деревом, дымом и сушеными яблоками, а разномастные кровати с разномастными же перинами делали временное пристанище отряда похожим на жилище гномов, которые с Белоснежкой.
Баки читал когда-то эту сказку Ребекке, а теперь вот вспомнил.
- Я пойду продусь, - сообщил Баки, складывая в карман пачку сигарет, зажигалку, несколько сложенных тетрадных листов и авторучку.
- Можешь писать письмо здесь, я обещаю не подсматривать, - Дернье постоянно мерз, и переносил свою
теплолюбивость на остальных членов команды, все время беспокоясь о том, не холодно ли им.
- Здесь мне что-то не пишется. Не волнуйся, не замерзну. Воспоминание о моей блистательной победе согревает меня, - Баки отвесил шутовской полупоклон у двери и удостоился дружного улюлюканья.

"Дорогая Ребекка!
Прости, что пишу редко и так мало. Почему-то кажется, что если я начну писать обо всем, что происходит здесь, частичка войны попадет в твою жизнь, в Нью Йорк, а мне бы этого не хотелось.
Но я попробую написать тебе что-то кроме "Жив, цел, здоров". Не думаю, что в этот раз получится, так что просто... попробую.
Когда я шел добровольцем на фронт, я, пожалуй, хотел войны. Она рисовалась мне каким-то испытанием для будущего героя, которое он неизменно пройдет с честью, достоинством, вернется весь в орденах и медалях за отвагу, целый, здоровый, не искалеченный. Теперь я понимаю, что это практически невозможно. Ты можешь в рубашке родиться и год без единой царапины отбегать, но надо быть совсем без души, чтобы - не искалечило.
Мда. Шансы этого письма быть отправленным тают просто на глазах.
Как проходят будни. Бесконечно долго. Молниеносно. Не знаю. Высшее руководство тупит, без указа нас никуда не могут перебросить, иногда указа приходится ждать неделями, даже несмотря на то, что наш отряд особенный или вроде того. Над нами Кэп, а над ним, кажется, только Б-г, да еще полковник Филлипс. Знатная парочка. 
Так вот, война. Тыл. Передовая. Тыл. Будни. Знаешь, если б я со стороны на это всё посмотрел еще пару лет назад, то решил бы, что все с ума сошли. Боевые действия под боком, пол-госпиталя кровью залито, и тут же - оркестр, медсестры брови угольком подводят, танцы, у всех какая-то личная жизнь. Теперь, правда, я это понимаю. Когда смерть так рядом, то понимаешь очень ярко - что если не сейчасжить, то - когда?..

(кусок текста вымаран)
Нацисты отступают, и, чуя свой конец, огрызаются вдвое яростнее.
Год назад они казались мне чудовищами, безликим врагом, которого можно только убить, а теперь я научился смотреть им в лица и понимать, что они - люди. Просто люди, сделавшие однажды свой выбор. Из ненависти, из страха, из корысти или невежества. Понятия не имею. И не хочу об этом думать. Так на самом деле проще.
Быт. Так. Кормят нормально. Поят тоже неплохо. Если эта херня не пройдет, когда - ну или если - я вернусь домой, можешь больше обо мне не переживать. Напиться у меня не получается. Остаюсь трезвым, сколько бы ни выпил. Ужасно скучно! Хотя, нет, не думай, ты девочка, тебе напиваться вообще не положено.
Я рад, что ты не пошла изучать медицину, как собиралась. Я рад, что тебя здесь нет.
Ты просила написать подробнее о Стиве, то есть Капитане Аме "

Баки закрыл ручку, не завершив слова, сложил исписанный мелким почерком лист вдвое, ничуть не заботясь о том, что чернила не просохли, сунул во внутренний карман кителя.
- Подкрадываться нехорошо, - не оборачиваясь, сообщил он. Протянул замерзшие пальцы к газовой лампе, едва горящей уже на столе открытой летней кухни, согревая их остатками тепла, - Но я рад, что ты все-таки пришел.
Сержант перекинул ногу через лавку, усаживаясь в пол-оборота к неслышно подошедшему со стороны казарм человеку, но взгляд поднял не сразу.

Отредактировано Bucky Barnes (28.07.2014 15:46:55)

+1

73

Баки повел себя совсем не так, как Стив ожидал. Никаких ссор, никаких споров. Он словно пошел на попятную, и теперь уже Роджерс ощущал себя виноватым - другое дело, что он понятия не имел, в чем. Кажется, все стало настолько запутанным, что если пытаться во всем разобраться, то будешь, как муха в паутине, увязать все больше и больше. С тяжелым сердцем Стив зашел в госпиталь, но от встречи с Адамом легче ему не стало. Войдя в палату, он увидел, как тот собирает сумку, а точнее, с совершенно апатичным видом небрежно запихивает вещи одну за другой.
- Мне сказали, ты уезжаешь, - тихо пробормотал Роджерс. - Решил зайти, пока ты еще здесь.
Блит, услышав голос Роджерса, замер, а затем поднял на него глаза и, пристально посмотрев, вздохнул.
- Да, мой друг, - ответил он. - Пора в путь. Как твои дела? Ты получил ответы на свои вопросы?
Конечно же, он имел в виду ситуацию с Баки. Стив бы, может, ничего и не рассказывал, но без помощи Адама в этом деле не обошлось, а значит, он имел право хоть на какой-нибудь ответ.
- Честно говоря, нет, - пожал плечами Роджерс. - Наоборот, вопросов стало гораздо больше.
Блит усмехнулся и, чуть склонив голову набок, со снисходительной улыбкой сказал:
- Я же говорил тебе: ты всегда можешь просто спросить.
- Вряд ли это то, о чем вот так вот спрашивают в лоб. И куда ты теперь?
- Пока не знаю.
Закинув сумку на плечо, Блит подошел ближе к Стиву и распахнул объятия, в которых сжал Роджерса.
- Удачи тебе, Стив.
- Надеюсь, мы еще увидимся, - Капитан приятельски похлопал Адама по спине, после чего выбрался из его объятий.
- Сомневаюсь. Мне придется залечь на дно. Но, Стив, не держись за людей. Самое ценное в этой жизни - это сама жизнь. Позволь людям приходить в нее тогда, когда они больше всего нужны, и отпускай, когда приходит время. Хорошо?
Роджерс улыбнулся, глядя в почти желтые глаза Блита с неизменно широкими зрачками, и кивнул:
- Я постараюсь. Ах да, - спохватился он. доставая из внутреннего кармана куртки небольшой сверток. - Это тебе, на память.
- Ох, ты неисправим... - выдохнул с улыбкой Адам.

К расположению Роджерс шел медленно, раздумывая, как бы вытащить Баки. Если бы он уже спал, то сделать это было бы проблематично, не разбудив остальных. А если они по-прежнему играют в карты, то незаметно его выкрасть точно не получится. А хотелось именно этого - выкрасть. Чтобы никто не видел и не знал.
Уже подходя к казармам, Стив увидел Баки, сидевшего на улице и старательно выводившего строки на бумаге. Хорошо, наверное, когда есть кому писать. Хорошо, когда кто-нибудь тебя ждет.
- Блит уехал, я решил его проводить, - перекинув ногу через скамью, Роджерс уселся на нее напротив Джеймса. - Как прошел вечер?
Впервые за последние дни они вот так вот сидели, без опасности за спиной, без подготовки к очередному заданию Филлипса, без посторонних глаз. И Стив наконец-то улыбнулся, глядя на Баки, почувствовав, что вот сейчас, в этот самый момент времени, все хорошо, а может, даже лучше, чем прежде.

+1

74

Ну и слава Б-гу, что уехал, - подумал Баки, улыбаясь и этим зааааамечательным новостям и тому, что Стив пришел и вроде как сменил гнев на милость.
- Я всех обыграл. Жаль, ты не видел. Мне на последнем кругу такой расклад дрянной попался, что ничерта с ним слепить нельзя было, но по части блефа я все еще впереди команды всей, - улыбка Барнса стала шире.
"Хотя ты меня один раз обыграл. Хороший был блеф, ничего не скажешь, а я и повелся", - мысленно добавил он, но решил не портить момент язвительностью.
- Решил вот Ребекке написать. Она, кстати, о тебе спрашивала в своем письме. Ругала меня, что мало пишу о том, как тут все, - он пожал плечами, - А я даже не знаю, что и как писать. О том, о чем хотелось бы - нельзя, да и ни к чему ей, а все остальное выглядит... как-то уныло. Помнишь, я тебе письма писал, когда меня на лето увезли в Индиану, к бабушке? Вот теперь вычеркни из этого план построения плота и бегства в Ирландию, получится как-то так. Хотя, - он выпятил подбородок, вспоминая те письма более чем десятилетней давности, - Не, все равно тебе интереснее писать было. Правда, я выдумывал половину, ладно, почти все, но ты, кажется, сразу понял. - Баки засмеялся, вспоминая то лето и истории о подземном убежище, пиратском кладе и логове оборотней. Он тогда чуть ли не роман в письмах написал для Стива, которого в Индиану не пустили несмотря на все хорошие отношения между их родителями. Дорога, другой климат, необходимость принимать лекарства... тогда эта поездка точно была не про него.
Баки глядел куда-то поверх плеча Стив, на одному ему видимую точку - далеко в прошлом, улыбался чуть рассеянно, вспоминая и то лето с кучей исписанных тетрадок, и следующую осень, и зиму, половину которой после школы бегал на другой конец района в поликлинику, где лежал Стив с обострившейся астмой.
- Мда, - он встряхнул головой, вырвался, из пучины воспоминаний, убрал упавшие на лицо пряди, глядя на Стива уже взглядом серезным, внимательным и будто чуть настороженным.
Причины стали ясны тут же.
- Я хотел бы извиниться за сегодня, - несколько натянуто улыбаясь, пробормотал Баки. Он умел просить прощения, но ненавидел это делать. Строго говоря, удостаивались услышать извинения из его уст только Стив и мама. Да и то чаще всего он выкручивался так, чтобы примириться, но не вытолкнуть из себя этого "прости меня",  - Помнишь, ты тогда... ну, после Парижа, что говорил? Вот я то же самое... ну, ты понял, - говорить о своих чувствах он не любил не меньше, чем извиняться, и очень надеялся, что хоть растолковывать не придется, -  И не всегда получается себя в руках держать. Вот. А тут сначала Картер, потом этот... Блит. Нет, он наверное очень толковый парень, но сегодня был жуткий день и я хотел чтобы мы... не знаю, хоть обсудили эту миссию, хоть бы работу над ошибками провели. Гейба-то ранили, потому что без прикрытия сунулся, ай-й ладно, - прервал сам себя Баки, осознав, что начинает трещать просто чтобы заполнить неловкость, - Просто. Рядом. После такого дня. Вот и. Ну. Пф. - сержант развел руками, поджимая губы и как бы всей своей позой демонстрируя это самое "вот и ну пф".

+1

75

Стив мягко улыбался, слушая Баки. А ведь и правда, даже такое было когда-то в их жизни. Баки писал Роджерсу письма, а тот с нетерпением ждал нового конверта с очередным увлекательным рассказом о приключениях друга. Помимо этого, было еще много приятных воспоминаний, от которых на душе становилось теплее даже в такую студеную погоду, как сейчас. Хотя ни одно воспоминание не сравнилось бы с согревающим дружеским объятием, которое вроде бы и было уместно, но в нынешней ситуации каждое прикосновение несло уже совсем другой смысл.
И правда, Ребекка. Давно Стив о ней не вспоминал. Если хорошенько подумать, у Барнса все же было что-то, что связывало его с прежней жизнью и с тем миром, который остался в Нью-Йорке. У Роджерса же не было никого - разве что две могилы на кладбище, к которым уже давно никто не ходил. Оказалось, что весь мир Стива уже давно сводился к одному лишь Баки, а теперь он стал для Роджерса еще и единственным напоминанием о том, что было до войны, до сыворотки, до Капитана Америки.
Вытянув ноги вдоль скамейки и уперевшись в нее руками, Стив наклонился чуть ближе к Баки, чтобы лучше расмотреть его лицо. А Джеймс в это время пытался извиниться за то, что было вечером, только нужные слова, похоже, сложно было подобрать. Намешал всего в кучу, и Картер, и Блита, и Гейба, но потом озвучил то, что заставило Стива тихо рассмеяться.
- Баки, ты мог бы просто сказать, что хочешь поговорить. Я бы не отказал.
Никогда не отказывал. Вздохнув, Роджерс протянул вперед руки и, опустив их на спину Баки, медленно прижал его к себе. Опустив подбородок на плечо Джеймса, он прикрыл глаза. Вот сейчас все было как надо. Как положено. А впрочем, еще нет.
Чуть отстранившись, Стив бережно провел пальцами по волосам Баки за ухом, глядя ему в глаза. Кажется, что-то кроме объятий было бы тоже уместным, но это по-прежнему казалось чем-то непривычным и странным, поэтому право начинать первым Капитан негласно передал Джеймсу.
- Я все-таки хочу тебя спросить. Почему? - ладонь Роджерса скользнула на плечо Баки. - Почему все обернулось вот так?
В Стиве теплилась надежда, что, поняв Барнса, он и себя сумеет понять. Язык не повернулся спросить конкретно: почему я для тебя не просто друг?  Или почему сейчас, почему не раньше? Много вопросов было, но Роджерс пока только учился задавать вопросы - по наставлению Адама.

+1

76

Поначалу он напрягся, когда Стив подался вперед, но потом расслабился, левой рукой вцепляясь в ткань на кителе капитана.
Стив ухитрился упустить главное из того, что он, хоть и криво, но все же пытался донести. Не поговорить хотелось, точнее, не это было тут ключевым. Ключевым было - делить ни с кем не хотел. А доверия, видимо, не хватало. Или не хватало подтверждений, что это все не отражение военного безумия, не надуманная блажь, чтобы отвлечься от въевшегося во все окружающее запаха крови и пороха.

Почему?
Да потому что.
Анализируя собственные поступки и чувства, он сейчас и сам не мог понять - почему. Так. Обернулось.
Казалось, что просто в какой-то момент захотел стать для друга всем. И всеми. Раньше так было, а теперь не нашел других вариантов удержать Стива рядом, кроме...
...придумайте отмазку получше, Джеймс Барнс.
Не для него - для себя.

Для начала можно признать, что всегда нравились не только девушки. Да, до фронта это не заходило дальше взглядов и намеков с такими же "неправильными", но признать-то можно? Мысленно? Себе? Так, уже лучше.
Потом можно согласиться с тем, что Стив был единственным близким человеком еще в бытность свою тощим, смешным и абсолютно непривлекательным внешне. Он был рядом, он заглядывал в глаза с собачьей какой-то и тоскливой преданностью, он нуждался в нем, в Баки, в своем лучшем друге и это ощущение нужности было важнее и круче всех пиратских сокровищ и девичьих стонов. Быть единственным - не на словах, по-настоящему! - о, стоит попробовать и уже не сможешь отказаться. Так, хорошо, это, кажется, называется эгоизмом. Или, кажется, это называется "попал".  Баки пытался быть лучше, сильнее, быстрее - для Стива. Быть идеалом в его глазах, потому что если такой парень, как Стив, считает его хорошим, значит, так оно и есть.
Дальше.
Сам не заметил, как нуждаться стал не меньше нуждаться в друге, чем тот в нем. Разумеется, не показывал, но  "присел", как мексиканцы на листья коки. Возможно, это и есть дружба, но кроме Роджерса у него не было никого, с кем можно было бы проверить. Однокурсники в училище, сослуживцы в армии - все было не то, не так, просто приятная компания, Баки едва ли стал бы переживать, если бы кто-то из них подумал или сказал о нем нехорошо.
Дальше.
Фронт, чудесное вызволение из плена - и о Б-же! О ужас! - человек, которого он и сам начал считать идеалом хорошего парня, верного друга и замечательного человека, которым восхищался, вдруг стал соответствовать этому идеалу еще и внешне.
Вам надо было идти в мозгоправы, Джеймс Барнс.
И вот, на выходе имеем идеального во всех отношениях друга, который уже нуждается в Баки гораздо меньше, чем Баки - в нем, а Баки не привык отступать и не привык делиться, до кучи имеем мозги набекрень от войны и постоянных убийств, имеем непроходящий стресс и ощущение близкого холода вырытой могилы за спиной, и - эх-ма! После нас хоть потоп!
А теперь попытайтесь это оформить в короткую фразу.
Да ну нахрен.

Баки не любил говорить об отношениях. Тут же вспоминались все те бессчетные Лили, Люси, Саманты, Барбары и как их там еще, которые, спустя пару недель танцев вбивали себе в голову, что "у них что-то есть" и начинали пытать его "а за что ты меня любишь", вызывая скептически заломленную бровь с "а когда я успел сказать, что люблю?..". На этом все обычно и заканчивалось.
Но Стив... совершенно другой случай, естественно.
И говорить надо.
За что. Ну да.

Баки отстранился, чтобы лучше видеть лицо друга, перехватил его свободную ладонь своими, попутно отмечая в очередной раз, что еще год назад она утонула бы в его ладонях, а теперь - ишь, какие кулаки. Гитлера сорок раз в морду били.
Он провел по линии жизни Стива, очертил круг, прежде, чем переплести его пальцы со своими. Смотрел - на руки. Что говорить - не знал.
- Не знаю, - выдохнул Баки вместе с облачком пара. Зима здесь мягче, чем в Нью Йорке. Но холода не чувствуется почему-то, - Ты всегда был здесь, - он выпутал пальцы, но не выпустил широкой ладони, прислонил ее к своей груди напротив сердца, подержал недолго, вместе со взглядом, отпустил - и ладонь, и взгляд, - Просто сейчас... не знаю, - злясь на себя и свое косноязычие, дернул щекой, но заставил себя вскинуть взгляд снова, упрямый и несколько напуганный одновременно, - Понимаешь, здесь и сейчас все очень по-настоящему. Смерть. Не игрушечная. Жизнь. Тоже не игрушечная. Одна. И... - он набрал воздуха в легкие, будто бы собираясь с ответом, но выдохнул впустую, покачал головой, - ...и ну я же всегда говорил, что лучше сделать и жалеть, чем НЕ сделать и жалеть? - усмешка была кривоватой, насмешливой, но в глазах было совершенно другое.
- Но знаешь, чего я хочу меньше всего? - непонятное выражение в глазах Барнса сейчас обретало черты. Упрямство и обреченность, страх и надежда, все в один котел, - Чтобы ты подыгрывал мне, боясь потерять. - завершил он жестко, и тут же стиснул зубы.

+1

77

Внимательно слушая Баки, Стив все больше понимал, что ответа на свой вопрос он не дождется. Может, его и не было, этого ответа? Может, Джеймс и сам не знал, почему все так произошло и зачем ему это было нужно? Сейчас он говорил, что лучше сделать что-то и сожалеть об этом, нежели сожалеть о том, что не рискнул сделать. Стиву пришло на ум, что наверняка Баки так со всеми своими бывшими пассиями объяснялся. Потому-то они и стали бывшими, что велись на подобные рассказы. А Роджерсу этого объяснения было явно недостаточно.
Баки, казалось, просто решил поиграть в - как бы это правильнее назвать? - отношения. Здесь все по-настоящему, говорил он. А вот это? Разве то, что произошло и продолжало происходить, было настоящим, раз ему ни названия не было, ни объяснения? И неужели их дружба так мало значила для Баки, что тот сделал выбор в пользу "сделать и пожалеть"? А для Стива? Разве он не поступил точно так же?
Внутри что-то сжималось, сдавливая легкие и заставляя сердце биться тяжелее. Уже сейчас Стив чувствовал себя обманутым, но осознавал, что все произошло в большей степени по его вине. Пойдя на поводу у собственных желаний, он вовсе не подумал о том, как им с Баки придется со всем этим справляться. А кто-то из них двоих должен был об этом заранее задуматься, прежде чем бросаться в омут с головой. Роджерс был уверен, что этим "кто-то" должен был быть именно он.
- Если мне что-то будет не по нраву, я точно не стану подыгрывать, - ответил спокойно Роджерс, поднимаясь со скамьи.
Сейчас они были на войне, и Стив уже не раз рисковал потерять Баки - по-настоящему, а не из-за какой-то размолвки. Это казалось куда страшнее. Это было бы чем-то непоправимым. А с недопониманием и обидами можно было разобраться, тем более что они оба умели признавать свои ошибки. Подумать только, ничего подобного сейчас бы не было, если бы британский сержант не заставил Роджерса задуматься. Кстати! А почему именно он?
Ты всегда можешь просто спросить, - пронеслась мысль в голове Стива. И с каких это пор его внутренний голос вещает голосом Блита? Нахмурившись, Роджерс опустил взгляд на Баки.
- А что британец должен был мне рассказать? И кто он такой, что ты ему рассказал про... - Стив замялся, подыскивая наиболее подходящее слово. - свое отношение ко мне?
И правда, кто он такой? Роджерс не замечал его прежде рядом с Джеймсом, а тут, оказывается, он знает больше, чем сам Стив. Конечно же, это было Капитану не по нраву, и теперь он ожидал прямого ответа.

+1

78

В голове выла сирена ПВО.
Что-то пошло не так.
Стив, вместо того, чтобы обнять и порадоваться, встал с лавки и смотрел тепепрь мрачно и хмуро.
И спрашивал про британца.
И соображать надо было быстро. Как можно быстрее.
Баки мотнул головой, прошелся ладонью по лицу, будто пытаясь снять страх перед возможным разоблачением и его последствиями. 
Почти тут же поднялся со скамейки, не желая смотреть на Стива снизу вверх.
- Случайный попутчик, которому можно было выплакаться без надежды увидеть его снова, - ответил Баки, упрямо глядя на Стива, - Кто ж знал, что мы с ним еще увидимся.
- Похоже, та ночь у тебя была и впрямь насыщенная, - задумчиво проговорил Стив, отводя взгляд. - Погоди-ка...
Почесав затылок и кивнув самому себе, словно подтверждая собственные мысли, Роджерс посмотрел на Баки с некоторым сомнением в глазах:
- Это все из-за того, что ты тогда застукал нас с Картер?
Баки ответил не сразу. Смотрел вниз, будто было неловко признаваться, а отчасти так оно и было. В вопросе Стива был подвох. Насыщенная ночь, укус на ключице поутру, да, стоит только кивнуть и Стив сделает соответствующие выводы. Правильные выводы. А этого допускать было нельзя.
- Ну да. Я выговорился первому встречному. Мне стало легче,  и я решил последовать совету и не слишком переживать, - отмахнулся он, закономерно глядя себе под ноги, - И попробовать выбить дурные мысли и ревность в объятиях очередной красотки, чего имени даже не потрудился узнать. Нечем гордиться, ага.
Врал, разумеется. Врал беспардонно и бесстыдно, но лучше уж так, чем сейчас рассказать Стиву правду. Баки понимал, что ложью только роет себе яму, но рассказать правду не мог. Не сейчас. Когда-нибудь потом. Только не когда все так... хрупко.
А Стив печально усмехнулся и понимающе кивнул:
- Ясно. Мне очень жаль, что я тебя тогда не отыскал.
После этого он вздохнул и коснулся ладонью плеча Баки.
- Время позднее, а на улице холодно. Ты наверняка уже продрог до костей. Может, в расположение пойдем?
- Мне не холодно, - возразил Баки, тут же сунув руки в карманы и качнувшись с пяток на носки и обратно, - И я пока не хочу в казармы. Там душно и люди. Я хотел поговорить с тобой. Как раньше. Или просто побыть рядом. Но если ты устал и хочешь спать - пойдем, - он кивнул в сторону казарм, где все еще горел слабый свет. Наверное, Монтгомери что-то читает опять при свете керосинки.
Он не хотел спать, вообще в последнее время стал замечать, что ему с лихвой хватает пары часов сна, не хотел в казарму, где тепло, плед, и забытье до рассвета. Было ощущение, что времени мало, безумно мало, с каждой минутой все меньше и меньше, и это время не хотелось тратить, терять так глупо и так впустую.
- Н-нет, не хочу.
Стив покачал головой и опустил ладонь на шею Баки, настойчиво притянул его к себе и, оказавшись с ним теперь лицом к лицу, еле заметно улыбнулся.
- Надеюсь, этого никто не видит, - выдохнул он, посмотрев Джеймсу в глаза, а затем опустив взгляд на его губы.
Да неужели!
Стив Роджерс делает первый шаг! На самом деле, конечно, не первый, но - проявляет инициативу! Приставить капитана к награде!
В глазах Баки - искренняя радость, но как бы ему не хотелось сейчас податься навстречу, снова подтверждая право - свое, и чужое - на... Нельзя. Света здесь достаточно, чтобы проходящий мимо патруль увидел капитана и его сержанта за проявлением отношений совершенно им неподобающих. Филлипс выебет обоих, с особым цинизмом.
Джеймс с видимым сожалением качнул головой.
- Давай позаботимся о твоей репутации, Кэп, - Баки перехватил руку Стива и потащил его за ближайший из домиков, где было достаточно темно и не проходил маршрут ни одного из патрулей.
- Вот теперь единственное, что угрожает, это диверсанты, решившие прокрасться с тыла, - шепотом произнес Баки, оглядываясь. Отчего-то вспомнилось, как в детстве они прятались от взрослых, когда Баки приносил не то честно сворованные в чужом саду яблоки, не то ужасно вредные пончики, не то пачку сигарет, не то колоду карт с соблазнительными рисунками фигуристых девиц.
Только они давно уже не дети, да и желание, которое испытывал Барнс, выходило далеко за рамки дружеских. Как бы не хотелось прямо сейчас вцепиться в короткие волосы, с силой притягивая к себе и снова ощутить привкус мягких губ, он не стал этого делать. Нет. Пусть сам. Может быть, так Барнсу удасться избавиться от ощущения, что он делает что-то ужасно неправильное.
Баки уперся лопатками в стену, скользнул рукой по талии Стива, притягивая того к себе и запрокидывая голову, но ничего больше не делал, только улыбался, и улыбка была - шальная. И чертей во взгляде - на два омута хватит.
Роджерс с легким стоном выдохнул и, словно отозвавшись на бессловное предложение, он склонился к шее Баки и мягко коснулся ее губами, а потом еще раз, и еще. Его ладони медленно поднимались от предплечий Джеймса к плечам, потом скользнули по груди и в итоге сжали туловище Барнса в крепких объятиях. Облизнув пересохшие губы, Стив прикрыл глаза и мягко поцеловал Баки.
Прикосновение к шее немедленно отозвалось мурашками по коже, легкой дрожью по позвоночнику и волной тепла, окатившей с ног до головы и застрявшей на уровне живота.
"Ты что творишь, невинное дитя?!" - со смехом бы воскликнуть, но не до смеха как-то, совсем нет.
Баки ответил на поцелуй, прижимаясь крепче, как хотел, и запуская ладонь в золотистые волосы на затылке - как хотел. Губы у Стива были мягкие, красивые, и это сочетание почти девичьих губ с крепкими руками, и пушистых - по девичьи-же! - ресниц с умеющим быть холодным взглядом сносило крышу напрочь. Целоваться до саднящих и содранных о чужую щетину губ за каким-то сараем - это вам не яблоки воровать, и осознание возможности быть пойманными, застуканными, горячило кровь в разы сильнее. Баки выдохнул глухой стон в полураскрытые губы, вдохнул воздух, кажущийся сейчас совсем не зимним и совсем не холодным, открыл глаза, в темноте пытаясь рассмотреть выражение лица друга. Сердце заходилось, как сумасшедшее - вот, рядом, дышит тяжело, мой! И касаться можно - аккуратно пока еще, несмело, оглаживая поверх одежды широкую спину и плечи, и ямочку между ключицами, и бьющуюся под пальцами жилку на шее, но... м-мать, а дальше-то что?! 
Он понятия не имел.
Поэтому снова подался вперед, сминая зацелованные губы своими, с четким ощущением, что всего времени мира не хватит, чтобы нацеловаться впрок.

+1

79

Наконец-то, - эхом отозвался внутренний голос в ушах Стива. Наконец-то они оказались наедине друг с другом. До этого всегда что-то мешало, сковывало, не давало возможности быть самими собой, а сейчас... только он и Баки, никого рядом, ничего вокруг. Руки алчно блуждали по телу Джеймса, но Стиву по-прежнему с трудом верилось, что все это происходило наяву. Было мало. Воздуха было мало, волнующего покалывания губ было мало, и даже прикосновений, казалось, было уже недостаточно. Хотелось уже не просто целовать, а требовательно, настойчиво и без лишней застенчивости кусать губы Баки, сжимать зубы на тонкой коже его шеи, а руки... Замерзшие ладони Стива скользнули под куртку Барнса, и их обдало жаром даже сквозь его одежду.
Роджерсу бы найти силы оторваться от его губ или хотя бы жалобно попросить остановиться, но нет, воздуха хватало лишь на то, чтобы сделать короткий вдох и вновь прильнуть к губам Баки. Это было словно опьянение, словно дурман какой-то - и противиться ему не было сил. Стив опомнился, когда его дрожавшие пальцы расстегивали верхние пуговицы куртки Барнса. Он склонился, целуя его шею, ключицы - и даже то место, где совсем недавно был след от чужих ласк: он словно расписывался на нем своим поцелуем, оставляя свой след поверх чьего-то еще. Где-то внутри, под ребрами, ревность кольнула еще раз, но тут же сникла, ведь теперь Баки был в его объятьях, отвечал на его поцелуи, преданно смотрел ему в глаза - разве можно было желать большего?
Можно. Все нутро откликалось на эти приятные ощущения, но чем дальше они с Баки заходили, тем сложнее было не отвлекаться на чертову физиологию. Пора заканчивать, думал Стив, однозначно пора - но оттягивал этот момент, пока не закружилась голова, а избежать неловкого момента стало просто невозможно. С тяжелым вздохом Роджерс ослабил объятия и чуть отстранился, но по-прежнему его руки оставались на спине Джеймса.
- Хорошо... поговорили, - еле слышно проговорил Стив, еле ворочая уже не слушавшимся языком. - Я предлагаю теперь пойти хорошенько выспаться. Завтра будет новый день, и гораздо лучше, чем сегодняшний.
У них ведь было еще очень много времени, убеждал себя Роджерс. Много времени на то, чтобы привыкнуть к этому, и на то, чтобы разобраться, что вообще происходит и зачем им это нужно. Он убеждал себя, но убедить все-таки не мог. То ли отношения были сейчас настолько хрупкими, то ли страх перед войной обострился - но не хотелось терять ни минуты, и останавливали уже совершенно иные вещи. Стив тяжело вздохнул, переводя дыхание и восполняя недостаток воздуха в легких. Раздраженные щеки горели, а губы были в состоянии разве что растянуться в улыбке. Роджерс провел ладонью по щеке Баки и, задержав ее ненадолго, коротко поцеловал Барнса в губы. Все, спать. Точно спать.

+1

80

Широкие ладони обжигали даже сквозь рубашку, ощущение губ на шее вырывало тихие стоны, которые честно пытался глушить, закусывая нижнюю губу, чужое возбуждение ощущалось практически как собственное, и пугало почти так же, но не настолько, чтобы останавливаться. Еще немного и Баки бы честно мог сказать, что за себя не отвечает - окружающий мир плыл, война отступила на второй план, "так не должно вообще-то быть" - еще дальше, "он же мой лучший друг, с детства, черт побери" - вообще не имело никакого значения.
Однако Стив решил за двоих.
Как, всё?..
Баки хватал ртом воздух, словно был выброшенной на берег рыбой, с трудом сфокусировал взгляд на лице Стива, рефлекторно пытаясь унять рвущееся с поводка дыхание. Облизнул горящие губы, все еще не понимая толком, на каком свете вообще находится.
И он не был бы собой, если бы просто кивнул и выпутался из объятий, делая, что велено.
Удержал капитана за шею, второй рукой скользя по груди, к животу, в последний момент уводя пальцы в сторону и прижимая его к себе за талию.
- Сейчас пойдем, - хрипло прошептал Баки, перехватил раскрасневшиеся губы и припечатал на них последний - на сегодня! - глубокий и требовательный поцелуй.
И только потом отстранился, упираясь раскрытой ладонью в широкую грудь, переводя дыхание.
- Иди первым. Если там кто-то не спит, а мы вдвоем в таком виде завалимся... - он коротко и нервно хохотнул, - Даже объяснять ничего не придется. Иди, блин, быстрее, а то передумаю, - пригрозил он в шутку, но бесшабашный какой-то блеск в его глазах сообщал, что в каждой шутке лишь доля шутки.
Как после такого... ТАКОГО просто лечь спать и хорошенько выспаться, Джеймс, откровенно говоря, не представлял. Как минимум, холодный душ. Что он немедленно и озвучил как свои планы на следующие десять минут - может Капитану Америке все трын-трава, а вот простым смертным без холодного душа не уснуть, ибо... Ибо.
Завтра будет. Лучше.

А послезавтра не будет.
Послезавтра не будет вообще ничего.
Но об этом Баки Барнс еще не знал, и вся жизнь была впереди, и весь мир лежал у ног.

+1


Вы здесь » HEROES FALL » INTRODUCTION » In The Mood


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC